Все остальные двери – одиночные, и все закрыты. Пока я иду к лестнице, насчитываю по дюжине таких дверей с каждой стороны коридора. Мраморные ступени лестницы ведут куда-то вниз. Хрустальная люстра, свисающая с высокого потолка, оставляет красивые блики на золотых перилах. Мои теплые ноги беззвучно ступают по холодному камню. Я берусь за сверкающие перила, но сразу же отдергиваю руку, не желая пачкать потными ладонями этот блестящий металл. Внизу вижу высокую белую парадную дверь, декорированную большими вазами с пальмами.
Я сворачиваю направо и иду вперед, следуя в сторону голосов, пока не добираюсь до распахнутых дверей. Тут какая-то просторная комната, забитая стоящими мужчинами. За столом, перед стеклянной дверью в сад, сидит сам Британец – «Смертоносный ангел». Сейчас он похож на короля, обсуждающего план предстоящего сражения со своей армией. Я замираю на пороге, просто наблюдая за ним со стороны. Любуюсь его королевской внешностью, наслаждаюсь его лидерским голосом. Таким глубоким и властным…
– Они пойдут отсюда. – Блэк что-то показывает у себя на столе, и все мужчины подходят поближе. – А здесь у нас будет лодка для наблюдения. Если появится посторонний, постарайтесь потихоньку от него избавиться.
– Что насчет береговой охраны? – спрашивает Брэд. – Они всегда появляются в самый неподходящий момент.
– Тогда их отвлекут. Ринго, ты будешь тут, – Блэк продолжает показывать. – Потом мы принимаем груз и проводим сделку с русскими. У меня есть предчувствие, что этот дерьмовый двигатель в их дерьмовой лодке сдохнет с минуты на минуту.
– Я помогу починить. – Ринго хитро скалится. Настоящий зверь: высокий, подтянутый и чрезвычайно жуткий. – Но сначала мы скатаемся с ними на рыбалку.
– Давайте серьезно, – деловито прерывает Брэд, но мужчины злобно посмеиваются. – Не хочу, чтобы твое милое личико как-то пострадало.
Все собравшиеся смеются, даже мне приходится прикрыть рот рукой, чтобы не выдать мое присутствие. Ринго действительно один из самых уродливых парней, которых я видела в своей жизни, а их я повидала достаточно. Его кожа похожа на шкуру животного, а на огромный нос можно посадить целый самолет. Я провела с ним не слишком-то много времени, но успела сделать вывод, что и внутри он ничем не лучше. Бедняга совсем лишен положительных характеристик. За исключением, наверное, твердой руки и умения убивать.
Ринго фыркает, но ничего не говорит в ответ, позволяя Блэку продолжать.
– У нас на все только один час. Грузим все в контейнеры, проверяем, уходим. А потом ждем… – Блэк поднимает голову и замечает меня, и у него в глазах мгновенно вспыхивает ярость. Он упирается в стол кулаками, а его люди оборачиваются и смотрят на меня.
Я поспешно ретируюсь тем же путем, которым пришла. Мне уже доводилось видеть в его глазах ярость, но я впервые увидела, чтобы его глаза буквально пылали из-за переполняющей его злости. Я собираюсь взойти по лестнице, но тут кто-то зовет меня по имени. Голос принадлежит женщине. Я оборачиваюсь и вижу Эстер, темноволосую даму, прошлым вечером проводившую меня в спальню.
– Вы, наверное, ужасно проголодались, – говорит она, указывая рукой куда-то в сторону. – Я как раз собиралась принести завтрак в комнату, но раз уж вы уже здесь…
Она впервые вступает со мной в диалог. Она англичанка? Эстер можно назвать симпатичной женщиной. Ей около сорока, у нее стройная фигура и приятные черты лица. Одета в простую и скучную серую униформу горничной. Я оглядываюсь в сторону рабочего кабинета Дэнни.
– Он хочет, чтобы вы поели, – добавляет Эстер. – Наша кухня там.
Эстер уходит, и, возможно, поскольку она тут единственная знакомая мне женщина, я решаю последовать за ней. С ней можно будет поговорить.
Кухня представляет собой большое пространство с множеством стеклянных дверей, ведущих в сад. Я сажусь за стол. Эстер не произносит ни слова, пока вытирает столешницу, разгружает посудомоечную машину и наливает свежий кофе. Молчание становится слишком неловким.
– Как давно вы здесь работаете? – спрашиваю я, пытаясь завязать беседу.
– Уже давно, – отвечает она, пока кофеварка выплевывает капли напитка.