Она смотрит на нож.
– Скажи, зачем ты это сделала, – требую я, вдавливая лезвие в кожу.
Роуз качает головой.
Я медленно провожу лезвием по коже, и по моему запястью течет алая струйка крови.
– Скажи мне, – повторяю я.
Она снова качает головой.
Тогда я делаю еще один разрез, идущий параллельно первому.
– Скажи!
Она судорожно сглатывает комок в горле и поднимает на меня затравленные глаза. Снова качает головой.
Я медленно отвожу нож в сторону, и уже кровь из моих ран капает на пол.
– Скажи мне, – повторяю я, поднося лезвие к нетронутому участку моей руки.
– Нет, – шепчет она, переводя взгляд на мои раны.
Я делаю еще один надрез, теперь вся рука покрыта кровью.
– Скажи!
– Дэнни, пожалуйста!
Еще один порез.
– Дэнни!
И еще один.
– Я буду продолжать, Роуз, – убеждаю я. – Мне не больно.
Я успеваю сделать еще два пореза. Не выдержав, Роуз выбивает нож из моей руки. Пытаюсь поднять его, не обращая внимания на ее ужас, ведь она продолжает молчать. А это значит, что моя рука скоро превратится в гребаное лоскутное одеяло.
– Нет! – с этим криком она пинает нож в дальний угол.
– Тогда говори, – механически повторяю я.
Роуз хватает полотенце и прижимает к моим ранам. Девушка выглядит расстроенной и встревоженной. Но это меня не волнует.
– Я уже много лет ничего такого не делала.
Она отступает назад, и я замечаю, что ее взгляд мечется между мной и дверью. Ну уж нет. Я подпираю дверь всем весом своего тела и отбрасываю полотенце.
Она снова качает головой, думая, что я приму ее молчаливую просьбу и остановлюсь.
– И зачем же ты это сделала? – интересуюсь я, наваливаясь на дверь.
– Почему тебя это волнует?
Ее вопрос вызывает ступор. Чертовски хороший вопрос, которым я еще не задавался.
– Не волнует.
Роуз недоверчиво смеется.
– Тебе плевать?
– Меня волнует только то, чтобы ты как можно дольше оставалась в живых. Чтобы я всегда мог использовать тебя в качестве приманки.
– Врешь, – шепчет она, делая шаг вперед. – В тебе сидит слишком много демонов…
– Ты одна из них, – признаю я.
Роуз отшатывается. Я не в силах взглянуть ей в глаза.
– Это правда?
Я поднимаю окровавленное полотенце и кидаю его в душевую кабину.
– Ты один из моих демонов, Роуз. – Снова занимаю место у двери. – Мне плевать, почему ты причиняешь себе боль. Меня волнует лишь то, что ты занимаешься этим в моем доме. Мне все равно, что тебе нравится вид своей крови. Но мне не плевать, если ты зальешь кровью мой ковер. Мне плевать, если ты хочешь покончить с собой. Но не плевать, если это помешает моим планам. – Ее ноздри раздуваются от переполняющей ненависти. – Мне плевать на тебя. – Я гребаный тупица. Думаю, я заслуживаю за это особую медаль. Я со вздохом осматриваю порезы на моей руке, а затем закрываю глаза.
Я хочу уйти, но чувствую ее прикосновение. Опустив взгляд, я вижу ее окровавленную руку на ремне моих штанов.
– А если я скажу тебе, что ты мне не безразличен?
– Я бы ответил, что ты либо дура, либо суицидница.
– Может, я и то, и другое.
– Да мне насрать.
Я пытаюсь отстраниться, но она прижимается чашечками лифчика к моей футболке. Сила воли начинает меня подводить.
– Это вранье. – Роуз кладет руку мне на плечо. – Я же вижу, что ты боишься.
– Чего?
– Меня.
С этим сложно поспорить, но придется.
– Я никогда ничего не боялся.
– И я. Уже давно.
Роуз встает на цыпочки и прижимается губами к моей щеке. Клянусь, с каждым прикосновением ее рта к моему телу в меня словно проникает частичка чего-то хорошего.
– Пока не встретила тебя.
Моя голова безвольно опускается, мои губы касаются ее обнаженного плеча. Она все еще пахнет мной. В голове проносятся наставления Папаши, предупреждающие об опасностях, которые исходят от всех женщин в этом мире. Однажды и он едва не угодил в эту ловушку.
– Ты не боишься меня, – поправляю я. – Вот это пугает.
Я отстраняюсь. Мне с трудом дается этот маленький шаг назад. Собравшись с силами, я поднимаю лезвие и смываю его в унитаз. Затем беру свежее полотенце и заматываю руку Роуз, пока она внимательно наблюдает за моими движениями.
– Будь умницей, Роуз, – прошу я, поднимая нож. – Я пришлю к тебе врача, чтобы он обработал порезы.
Я игнорирую желание остаться с ней, поэтому поскорее выскакиваю из ванной и выхожу из ее спальни.
В коридоре я сразу же натыкаюсь на Брэда. Увидев такие порезы, любой нормальный человек мог подумать, что на меня напали. Но это же Брэд.