– Камеры?
– Отключены.
Брэд неустанно вздыхает, пока я общаюсь с Ринго.
– Скину указания твоей группе. Жди нас у машины.
– Понял, – подтверждает Ринго.
Я выхожу в сад, изображая небрежную и неторопливую прогулку по кирпичной дорожке. Осмотрев пространство, я достаточно быстро нахожу этого пацана. Он сидит в инвалидной коляске возле небольшого пруда, а рядом стоит медсестра и протягивает ему куски хлеба, чтобы он развлекал себя кормлением уток. Остановившись, я наблюдаю за ними. Медсестра изо всех сил пытается поднять парнишке настроение, но у нее ничего не получается. Пацан очнулся, и его сразу шокировали новостью о смерти родителей. Возможно, он уже и не рад, что ему повезло выжить. Сделаем это ради его же блага.
В сердце появляется нежелательная тоска.
«– У тебя вообще есть семья?
Я взял деньги и помотал головой.
– Нет, сэр.
– Эта сотня не очень-то поможет тебе в жизни, верно?
– Думаю, что не поможет. Не хотите ли дать мне еще немного деньжат?
– Полезай в машину.
– В вашу?
– Да, в мою. Садись.
– Зачем?
– Потому что ты поедешь ко мне».
Он сдержал слово. Дал мне дом. Спас меня от страданий. Я внезапно понимаю, что именно в тот момент у меня появился смысл жизни. Смотрю на пацана и вижу самого себя. Мальчик без надежды, без будущего, без любви.
Черт, что со мной происходит?
Я достаю из кармана телефон, чтобы ответить на поступивший звонок.
– Вижу цель, ничего не мешает, – докладывает Ринго. Вижу моего человека на крыше здания, расположенного по другую сторону искусственного водоема. Оружие изготовлено к стрельбе. Я перевожу взгляд на пацана. Теперь он улыбается. Робкая, едва заметная улыбка.
– Отставить, – приказываю я, качая головой.
– Чего? – растерянно переспрашивает Ринго.
– Отставить. Не стреляй. Миссия отменяется. Понял? – Брэд смотрит на меня. – Отмена. Спускайся.
Брэд понимающе улыбается. Да, я наконец-то пришел в себя, поэтому не будем заострять на этом внимание. Я мысленно качаю головой, завершая звонок. Пацан исключен из уравнения. Роуз тоже, ведь я приказал ей убираться. Я придумаю другой способ получить эту пристань. Мне нужно выяснить, кому теперь принадлежит доверенность, и доступными способами убедить передать ее мне. Угрозы, шантаж, убийства – в дело пойдет все.
Я еще несколько секунд смотрю на ребенка. Ринго за это время успевает спуститься с крыши и присоединиться к нам. Я уже собираюсь сообщить парням об изменениях в планах: мы пойдем по пути, предложенным Брэдом, а именно – найдем Адамса и выпытаем всю информацию. Внезапно раздается хлопок, и кто-то кричит. Мы с Брэдом и Ринго пригибаемся, пытаясь понять, что происходит.
Кто-то стреляет.
– Нет! – кричит какая-то женщина.
Вокруг царит хаос. Все люди в панике бегут к дверям больницы.
– Черт, что вообще происходит? – спрашивает Брэд, осматриваясь по сторонам. Он на автомате тянется к своему пистолету.
Ринго выполняет свою работу, а именно – хватает меня и тащит в сторону с открытой местности. Я отталкиваю его и смотрю в сторону пруда. Мальчик остался в одиночестве – и теперь является идеальной мишенью в своем инвалидном кресле.
– Черт! – кричит Брэд, когда я бросаюсь на помощь.
Подбежав к пацану, я поднимаю его на руки. В этот момент пуля рикошетит о металлическое колесо каталки. Какого хера?
– Дэнни, ты что творишь? – орет Брэд, пока я прижимаю пацана к себе.
Брэд водит пистолетом из стороны в сторону, пытаясь определить позицию стрелка. Мой мозг подсказывает, что пора действовать, и я бегу через сад. Ребенок отчаянно кричит, поскольку мои не самые аккуратные движения причиняют ему боль.
Мы с ребятами залетаем в больницу, и я начинаю искать медперсонал.
– Подойдите сюда! – кричу я какой-то медсестре. Мальчик испуганно смотрит на меня, пока я укладываю его на ближайшую свободную каталку. – Присмотрите за ним.
Я возвращаюсь к ребятам. Брэд останавливает меня.
– Слушай, пусть Ринго вернется в машину и встретит нас на заднем дворе.
Понимаю, что сейчас стоит прислушаться к голосу разума, я соглашаюсь с его предложением. Мне просто хочется убраться отсюда и покончить с этим дерьмом.
– Ладно.
Я отхожу назад, предоставляя парням свободу действий, а сам начинаю размышлять о том, что сейчас произошло.
Когда мы приезжаем на территорию особняка, я остаюсь сидеть в машине, глядя куда-то в пустоту. Я уже ничего не понимаю, и в очередной раз жалею, что рядом нет Папаши с его мудрыми советами, которые могли бы помочь разобраться во всем этом дерьме. Я захожу домой с мыслями о бутылочке скотча, дожидающейся меня в рабочем кабинете. Мне нужен покой. А еще тишина и алкоголь. Это поможет разобраться в происходящем дерьме.