Мне не приходится просить ее дважды. Роуз поднимает напряженные худощавые руки и берется за пистолет. Я корректирую прицел. Затем отпускаю оружие, переместив руки на ее бедра. Наклонившись вперед, я кладу подбородок ей на плечо.
– Пристрели его.
– Дэнни, ради всего святого! – восклицает Брэд.
– Заткнись, – перебиваю я.
Уотсон испуганно озирается по сторонам, пытаясь найти хоть какую-то поддержку у присутствующих.
– Убей его, – повторяю я, нежно целуя ее в щеку.
Я чувствую, как напрягается ее женственное тело. Ее трясет от напряжения, она в ужасе. Подняв руки, я помогаю ей справиться с весом оружия.
– Роуз, ты сказала ему нет. Это означает отказ.
Выстрел!
Пистолет падает у нее из рук, она отворачивается и прячет лицо у меня на груди. Роуз не хочет смотреть, но мне нравится это зрелище. Девушка немного промахнулась мимо лба, пуля разорвала глазницу. Уотсон падает на пол, издавая последний пронзительный крик. Вопль предсмертной агонии. Черт, от этого крика у меня заложило уши.
Я поднимаю «Глок» и делаю контрольный выстрел, избавляя Уотсона от лишних страданий, а мои уши от раздражающего крика.
Тишина воцарилась в комнате, но по взглядам моих парней понятно, что у них на уме тысячи вопросов.
Все они знают, что в таких случаях лучше промолчать. Поставив оружие на предохранитель, я возвращаю его Брэду. Он прячет пистолет в карман и понимающе кивает. Я медленно и четко говорю, чтобы дошло до каждого:
– Если человек говорит нет, это означает отказ. – Я обвожу присутствующих взглядом. – Я не терплю насильников.
Я ухожу, прихватив с собой Роуз. Мы проходим мимо Эстер. Выражение лица женщины – опять же, я никогда такого не видел. На ее бесстрастном лице заметна слабая, но многозначительная улыбка. Я киваю ей в знак благодарности.
– Скоро она захочет поесть, – говорю я.
– Просто дайте знать, – отвечает она, направляясь на кухню.
Эстер не обращает внимания на мою сентиментальность. Она все понимает. Женщина сразу поняла, почему Роуз заперлась в ванной.
– Эстер, – зову я, чтобы она обернулась. – Спасибо.
Она широко улыбается и кивает, а затем скрывается на кухне. Я перевожу взгляд на Роуз, все еще прижимающуюся к моей груди. Часть меня ненавидит заставать воительницу в моменты слабости, уязвимость ей не к лицу. А другая частичка меня радуется, что ее щит и неприступность окончательно пропали, что я могу ее защитить.
Поднявшись по лестнице, я на автомате захожу в свою спальню и оставляю Роуз возле кровати. Она неуверенно смотрит на меня снизу вверх. Теперь ее вызывающе красное платье кажется чем-то лишним. Расстегнув молнию, я помогаю платью соскользнуть на ковер. Теперь стало лучше. Намного лучше. Затем я замечаю рваную дыру в ее кружевных трусиках. Я подавляю гнев в зародыше, пока негативные чувства не затуманили мой разум, и кладу ее руку на мою рубашку, чтобы она сама расстегнула пуговицы. Без лишних слов она приступает к делу, пока я скидываю пиджак и развязываю галстук. Расстегнув последнюю пуговицу, Роуз раздвигает полы рубашки в стороны и просто прижимается губами к моей груди. Глядя в потолок, я провожу руками по небритому лицу. Господи, моя кожа горит от ее поцелуев, и обжигающий жар мгновенно распространяется по всему моему телу. Запустив руку в ее волосы, я начинаю медленно массировать голову. Все мое тело расслабляется от нашей близости. Опустив голову, я прерываю череду ее поцелуев, чтобы взглянуть ей в глаза.
– Да, – соглашается она и обхватывает мое лицо руками, прежде чем я успеваю задать вопрос.
Она страстно целует меня, и этот поцелуй становится поворотным моментом для нас обоих. Прижав девушку к себе, я медленно целую в ответ, и мы плавно опускаемся на кровать. Роуз тянется к брюкам и спешит расстегнуть ширинку, я приподнимаюсь, помогая ей стянуть с меня штаны и трусы, а также скидываю туфли и носки. Неуклюжие попытки поскорее освободиться от одежды вынуждают прервать наш долгий поцелуй. Я скидываю одежду на пол и, оставшись обнаженным, склоняюсь над Роуз, одной рукой упираясь в матрас, а другой хватаюсь за кружевную ткань ее трусиков. Она возбужденно выдыхает. Я прокладываю влажную дорожку поцелуев по ее бедру, медленно стягивая трусики с ее стройных ножек. Изогнув спину, она начинает тихо постанывать. Меня завораживают изгибы ее тела, реагирующего на каждое мое прикосновение. Продолжая целовать, я поднимаюсь вверх, вылизывая каждый сантиметр обнаженной кожи. Мои губы касаются ее лобка, и я широко раздвигаю ее ноги.