– Ты должен увести своих людей отсюда, центурион.
– Что делать с фургонами, господин префект?
Катон огляделся по сторонам и увидел повозки, колеса которых уже начал заносить снег. Мулы стояли, опустив головы, снежинки падали на их шкуры и тут же таяли.
– Оставим здесь. Они лишь замедлят нас.
– А что делать с мулами?
Вот это серьезная проблема. Мулы представляли ценность и не должны были попасть в руки врага. При других обстоятельствах Катон приказал бы Макрону убить их, но они могли пригодиться армии.
– Распряги и уведи с собой. Они могут нести снаряжение или раненых. Ну а в крайнем случае их можно рассматривать как еду, идущую своим ходом.
– Да, господин командир. – Макрон состроил гримасу. – Не самое лучшее мясо, на мой вкус…
– Если учесть, что нас ждет впереди, я сомневаюсь, что это будет худшее из того, что нам придется есть. Тебе пора уходить, Макрон. И обязательно возьми лошадь, которую я оставил для тебя.
Они сжали друг другу предплечья.
– Не рискуй понапрасну, ладно? – сказал Макрон.
– С нами все будет в порядке. У нас свежие лошади, и мы легко сможем уйти от врага. А ты постарайся быть готовым развернуть когорту и поддержать нас, когда мы присоединимся к колонне.
– Я об этом позабочусь. Удачи, господин префект.
Макрон отпустил предплечье Катона, они обменялись салютами, и центурион приказал когорте строиться. Снег доходил легионерам до середины икры, когда они занимали свои места в походной колонне. Как только бойцы закончили построение, Макрон отдал приказ выступать. Катон посмотрел, как его друг садится в седло и направляется вперед в начало когорты, и легионеры зашагали под ночным небом, сквозь снегопад. Вскоре они скрылись из вида, и Катон остался с мертвецами и «Кровавыми воронами». Мертвецы вдруг показались ему похожими на скульптуры, а снег все падал и падал, покрывая их застывшие фигуры с ног до головы белым саваном. Естественно, снежинки на мертвецах не таяли. Если снегопад будет продолжаться, то к утру их совсем занесет, и они превратятся в неаккуратные холмики на фоне зимнего пейзажа – так и будут ждать врага.
Катон постарался отбросить эти жутковатые образы и направился к центру своей обороны, где находились Мирон, резервный эскадрон и штандарт «Кровавых воронов». Солдаты расхаживали взад и вперед, чтобы согреться, подносили руки ко рту и дули на пальцы. Их лошади стояли, опустив головы, под легким ветром, подувшим со стороны гор.
Катон обменялся короткими кивками с Мироном.
– Как долго мы будем здесь оставаться, командир? – спросил декурион.
– Ровно столько, чтобы дать возможность Валенту и остальным догнать главную колонну. И в любом случае до рассвета.
Пока Катон говорил, он вдруг понял, что совершенно потерял чувство времени от накопившейся усталости. Сейчас он с радостью отдал бы свое годовое жалованье за возможность просто посидеть у огня в теплых казармах Вирокониума, потягивая подогретое вино. Или, еще того лучше, оказаться в Риме с Юлией, в доме ее отца… Острая боль тут же унесла прочь усталость, и он откашлялся:
– Позаботься о том, чтобы лошади были накормлены. Им потребуются силы. Передай мой приказ другим эскадронам.
Мирон поклонился, дал указания своим людям, после чего ускакал выполнять приказ. Катон облегченно вздохнул: его раздражали постоянные тревоги декуриона. Он начал расхаживать возле штандарта, чтобы немного согреться. Снег уже достигал семи или восьми дюймов, и через некоторое время Катон протоптал узкую дорожку в тридцать шагов длиной. Через некоторое время Мирон вернулся, и они молча стояли под крепчающим ветром и непрекращающимся снегопадом, пока тот не превратился в настоящую вьюгу.
Примерно через час – точнее Катон определить не мог – с правого фланга появился всадник, из-под копыт его коня во все стороны летел снег.
– Прошу разрешения доложить, командир. Враг начал двигаться!
– Каковы их намерения? – резко спросил Катон. – И я хочу услышать определенный ответ.
Всадник сглотнул:
– Мы видели отряд пехоты, который пытается обойти нас с фланга. Декурион Фемистокл сказал, что будет следить за ними, пока не получит другого приказа.
Катон задумчиво кивнул. Варвары явно хотели побыстрее завладеть перевалом, чтобы с рассветом их армия могла атаковать римлян.
– Передай декуриону, чтобы он ждал сигнала трубы. Как только услышит, пусть возвращается к нашим кострам. Отправляйся!
Всадник натянул поводья и галопом поскакал обратно. Катон повернулся к Мирону и остальным: