И в том и в другом случае проявляется крайняя осторожность. Наученные «сенсацией в четверг», комментаторы воздерживаются от категорических суждений и высказываются лишь «в порядке первого приближения к истине» и оперируют прежде всего «бесспорными фактами». А к таковым относятся следующие. Гарольд Вильсон вручил королеве свою отставку и покинул традиционную резиденцию британских премьеров в трехэтажном особняке на Даунинг-стрит, 10. Он отныне становится лидером оппозиции. Эдвард Хит, совершив в Букингемском дворце церемонию «целования рук королевы», что означает согласие формировать правительство, тотчас же занял место своего предшественника.
В палате общин Вестминстерского дворца консерваторы будут занимать отныне и на пять лет вперед зеленые сафьяновые скамьи по правую руку от спикера палаты, лейбористы - по левую, скамьи оппозиции. Новый премьер-министр Британии Эдвард Хит опирается в палате на 330 мандатов, у лейбористов - 287, остальные тринадцать мест принадлежат либералам и «независимым» депутатам. У тори таким образом «чистое большинство» в тринадцать мест, что, по британским парламентским нормам, считается достаточным запасом прочности, чтобы гарантировать правящую партию от возможных неожиданностей. Таков первый ряд «бесспорных фактов».
Далее идут цифры, к анализу которых наблюдатели подходят уже не столь смело. В выборах не участвовало 28 процентов всех зарегистрированных избирателей. А из тех, кто голосовал за консерваторов, высказались 46,4 процента, за лейбористов - 43 процента. Иными словами, 330 депутатов тори в палате общин избрали лишь третью часть всех английских избирателей, тридцать один процент получили лейбористы, и около трети избирателей не голосовали вообще, сочтя, видимо, что хрен редьки не слаще. Механика британской демократии, однако, такова, что и треть всех голосов дает право той или иной политической партии занять положение правящей партии и выступать от имени «нации в целом».
В этих условиях некоторые лондонские наблюдатели высказывают мысль, что в конце концов опросы общественного мнения перед выборами были не так уж и далеки от истины и что решающую роль сыграли «не настроения избирательных масс», а организация предвыборной кампании и ее проведение, в чем партийная машина консерваторов оказалась более эффективной, чем таковая у лейбористов.
В этом, по-видимому, тоже есть свой резон, как есть свой резон и в том, что существенная, наверное, часть сторонников лейбористской партии была убаюкана обнадеживающими прогнозами и решила: дело я без их голосов будет сделано.
Впрочем, было бы неверно выделять какую-то одну из причин такого сенсационного поворота дел. Газета английских коммунистов «Морнинг стар» пишет в редакционной статье по поводу результатов выборов: «Если кто-нибудь установит могильную плиту в память правительства Вильсона, на ней следует написать: «Погибло от собственной руки».
За шесть лет пребывания у власти правительству Вильсона нельзя было отказать в рвении, но это рвение было направлено прежде всего к тому, чтобы заполучить доверие финансистов лондонского Сити и промышленных монополий. Органы этих кругов журнал «Экономист», газеты «Файнэншл таймс», «Таймс» и другие в последние месяцы не высказывали правительству Вильсона особых претензий. Скорее, наоборот. Они одобрительно оценивали и тот факт, что канцлеру казначейства Рою Джен-кинсу удалось сбалансировать платежный баланс страны и расплатиться одновременно с половиной международных долгов Британии, что безработица в стране держится на постоянно высоким уровне, превысив в последние месяцы 600 тысяч человек, чем сокращая возможности занятых на производстве добиваться более высокой заработной платы. Даже проконсервативная пресса благосклонно записывала все это в актив лейбористам. Но этот актив пополнялся из кармана трудящегося англичанина, ибо за его счет была в основном проведена и девальвация фунта стерлингов, выдержан в течение нескольких лет режим «жесткой экономии», заморожена заработная плата. А цены между тем росли.
Повторялась, коротко говоря, обычная в буржуазных условиях история: широкие жесты в сторону избирателей перед выборами, «твердое правление» во имя интересов государства - едва получив мандат на управление. В течение шести последних лет кабинет Вильсона в этом смысле мало чем отличался от правительства тори и делал примерно то же, что консерваторы, правившие до него страной тринадцать лет под руководством Черчилля, Идена, Макмиллана и сэра Алека Дугласа-Хьюма. Поэтому в нынешних выборах соперничали только лейбористы и консерваторы; третьим и равным их участником было безразличие - равнодушное отношение чуть ли не десяти миллионов избирателей к тому, кто будет выступать от их имени впредь. Разве не об этом говорит тот факт, что из четырех с лишним миллионов англичан, старше 18 лет и моложе 21 года впервые получивших право голоса, более полутора миллионов не сочли нужным даже зарегистрироваться в избирательных списках.