— Продолжим допрос!
Холмин, видя, что от его вопросов, Тюху-Митюху уже бросило в пот, успокоительно сказал ему:
— Потерпите немного. Еще несколько минут, и мы закончим.
— Я и больше могу, товарищ начальник, — заявил с поспешной, но явно фальшивой готовностью милиционер.
— Скажите, многие ли в селе верят, что на кладбище показываются действительно мертвецы?
Правая рука Тюхи-Митюхи полезла в затылок.
— В точности я это не знаю.
— Ты, участковый, видать, многого тут не знаешь, — язвительно заметил Дохватов.
— Староверы эти самые… религиозники, которые, — заторопился милиционер, — конечно, верят. А прочие… кто их знает. Я в это самое не углублялся. Поскольку по религиозным вопросам не подкован.
— Ты и по другим вопросам подкован мало, — еще язвительнее заметил агент.
— Так я же тут один, товарищ начальник, — взмолился Тюха-Митюха, — и ловить покойников не обучен. Шутка-ли дело? Встают из могил, разговаривают, людей до смерти пужают…
— И грабят? — спросил Холмин.
— Насчет грабежей незаметно, — ответил милиционер. — Да и что у дубовичан грабить? Они и так ограбленные…
— Не будем заниматься антисоветской агитацией, — оборвал его Дохватов, подмигнув репортеру.
— Товарищ начальник! Какая-ж антисоветская агитация? — испуганно воскликнул милиционер. — Наоборот, я окружающее население агитирую за советскую власть. Только мало действует. Потому — несознательный алимент. Религиозное засилье. При нонешнем-то старце еще ничего, а вот, когда прежний был…
— Постойте, — перебил его репортер. Как прежний?
— А так. Прежний-то старец-начетчик у нас померши, и на его место староверы выписали нового, откуда-то из Сибири.
— Давно?
— Да уже месяца два тому.
— Имя, отчество и фамилию этого старца-начетчика вы знаете?
— А как же? Федор Матвеич Глуховских, Только в селе его зовут не по имь-отчеству, а отцом.
— Хорошо, — сказал Холмин, подумав, — вопросов у меня больше нет. Может-быть, у вас есть, Василь Петрович?
Агент безнадежно махнул рукой.
— Нету. Ясно-понятно, что из этого Тюхи-Митюхи ничего путного больше не выжмешь.
— Тогда нам втроем надо решить, что делать дальше?
— Что ты предлагаешь? — спросил Дохватов Холмина.
— Я предлагаю следующее: расследование этого мертвецкого дела возложить на меня и вот на товарища… Дмитрий Лукич, кажется?
— Точно, товарищ начальник! — приподнялся на кончике стула милиционер.
— А я что же буду делать? — спросил агент.
— Вам, Василь Петрович, придется немного отдохнуть под арестом, — ответил репертер.
— Что?! — заорал Дохватов.
— Не волнуйтесь, Василь Петрович, — остановил его Холмин. — Это необходимо для пользы дела. Ведь нам надо найти какой-то выход из положения, создавшегося в результате нашего ареста. Если Дмитрий Лукич выпустить нас обоих, то это вызовет подозрение у тех, у кого мне не хотелось бы его вызывать. Если же он «освободит» меня одного и, через своих осодмильцев, распустит слух о том, что только вы подозреваетесь и обвиняетесь в убийстве, то это будет несколько приемлемей. Могу, конечно, отсидеть под арестом и я. Но дело в том, что у меня уже есть некоторые соображения об интересующих нас… мертвецах.
Дохватов подумал, поморощился и… согласился:
— Ладно. Согласен сидеть. Но только тут, а не в подвале. И чтоб печка была. Холодина тут собачий. Слышишь, участковый? Будет печка?
— Будет, будет, товарищ начальник, — заверил его Тюха-Митюха.
— Кстати, товарищами начальниками нас не называйте. Я для вас и для других уполномоченный по заготовкам пуха и пера. Моя фамилия — Холмин. А это тоже уполномоченный, но теперь ваш подследственник — гражданин Дохватов. Ни одна живая душа не должна знать, кто мы в действительности и откуда.
— А если ты, тюхина-митюхина твоя душа, кому-нибудь проболтаешься, — угрожающе сказал агент, — то ни один бродячий мертвец тебе не позавидует. Помни, что я власть на местах покрупнее тебя. И я прикажу тебя, — он наморщил лоб, соображая, как бы посильнее припугнуть милиционера, — прикажу… повесить. Но не за шею. Ясно-понятно?
Милиционер, от ужаса подскочив на стуле, громко икнул. Холмин, смеясь, выступил в защиту перепуганного Тюхи-Митюхи:
— Не пугайте вы участкового. Он и без того напуган достаточно.
И, обращаясь к милиционеру, сказал:
— Мне бы, Дмитрий Лукич, хотелось, не теряя времени, сегодня же познакомиться со здешним старцем-начетчиком. Возможно, что он нам поможет. Вы знаете, где он живет? Сможете мне показать?