Растерянная Изабелла заозиралась по сторонам, а после виновато потупила взгляд и опустила голову. Красная как рак она стояла перед ним и ждала, пока он начнёт её отчитывать, однако он этого не сделал. Вместо ругани Антуан со вздохом поднялся с колен и подошёл к сестре. Его большая рука растрепала её рыжие кудри, а после подняла лицо за подбородок, чтобы девушка посмотрела ему в глаза.
— Я никому не скажу, обещаю. — мягко и негромко сказал он. — Только скажи мне одно — зачем?
— Это… Это… — замялась Изабелла, но быстро взяла себя в руки. — Это для моего друга Вэлентайна.
Антуан с улыбкой покачал головой увидев выражение лица младшей сестры. Он действительно сохранил её секрет и даже предложил место получше для того, чтобы прятать равиоли от чужих глаз. В последний день выступлений, после которого бродячий театр собирался на утро пуститься в путь, Антуан наплевав на аристократские замашки и общественное порицание сам лично пригласил Вэлентайна на званый ужин, но секрет так и не раскрыл, хоть иногда и продолжал звать парня за глаза в присутствии сестры кличкой «Равиоли».
Изабелла заметила, как все собираются обратно к зрительным рядам и перестают шуметь. Вынырнув из воспоминаний она оживилась и резво посмотрела по сторонам, после чего встретилась взглядом с Антуаном.
— Ты же так и не сказал, да? — закрыв веер тихо спросила его девушка. — Никому?
— Обижаешь. — в успокаивающем жесте поднял юноша раскрытые ладони. — Я нем, как могила!
— Простите, мисс? — послышался детский голос рядом с Изабеллой.
Перед девушкой появился мальчишка повышенной чумазости и смущённый удивлённым взглядом знатной леди. Помявшись и шаркнув ножкой по каменной кладки дорожки он протянул даме нечто завёрнутое в салфетку:
— Это вам очень просил передать один прекрасный джентльмен.
Изабелла осторожно взяла в руки салфетку, а Антуан в знак признательности дал мальчонке несколько монет. Мальчик быстро скрылся в толпе, а леди продолжала смотреть на салфетку с некоторым непониманием несколько минут прежде чем открыть её. К её удивлению в салфетку расшитую гладью было завёрнуто большое запечённое с хрустящей корочкой мясное равиоли.
Изабелла перевела хмурый взгляд на Антуана, но тот в ответ лишь пожал плечами и взглянул на сцену. Актёры были готовы и уже начинали следующую свою постановку. Спрятав равиоли обратно в салфетку Изабелла взглянула на вышедшего на подмостки Вэлентайна и затаила дыхание.
— Трагедий, желаем трагедий! — зашумели где-то в углу.
— Комедий, продли нам жизнь смехом! — бушуя прокричали в другом.
— Любовных драм! — взмолились женские голоса.
За сценой кто-то громко и пронзительно свистнул, отчего народ мгновенно стих. Вэлентайн в новом костюме поклонился сняв шляпу и окинул собравшихся пристальным взглядом и улыбнулся, но так, будто улыбался он одной лишь Изабелле.
— Продолжим же фарсы, наши друзья, — громко огласил он. — Историю новую принёс для вас я.
Письмо Таланта
Без сомнения, каждый из нас хотя бы раз в жизни слышал фразу «вау, да у тебя талант!», когда что-то действительно хорошо получалось. Люди говорят, что талант — это уникальное качество, которым обладают некоторые люди. Оно проявляется в разных сферах жизни и позволяет человеку достигать невероятных успехов. Талантливые люди всегда вызывали и вызывают до сих пор восхищение и желание понять, как им удаётся быть такими особенными. Но что если таланта не существует? Нет, не так, нужно сказать иначе. Что если за его маской скрываются упорный труд и годами нарабатываемый навык?
Герой нашей следующей истории писатель и артист Сильвио яркий тому пример. С самого детства Сильвио был прилежным учеником, прилагал все усилия для того, чтобы пробиться в высший свет и стать успешным. При всей нелюбви к чтению огромных томов и книг юноша открыл в себе тягу к письму достаточно рано, а после открылась и другая его творческая сторона — любовь к актёрскому мастерству или же, как это называли домашние, «кривлянию на всеобщее обозрение». Учителя музыки и музыкальной грамоты развили его слух и превратили голос в бархатный и прекрасный, многочисленные гувернантки и наставники развили в нём терпение и равновесие. Время от времени Сильвио бегал в кружок писателей или прибивался к художникам на пленэре, чтобы почерпнуть новые навыки. Вся эта работа над собой стоила ему большого труда и немалого количества времени, но он был голоден до знаний и умений и голод его только рос вместе с ним.