Проходили дни. Мне становилось все лучше и лучше. Господин Иуоо, отец госпожи Айяно, был строгим человеком, но необычайно тактичным и рассудительным. Он не задавал лишних вопросов о моем прошлом, понимая, что ответить на них я не в состоянии. Как только я смог ходить, господин Иуоо начал поручать мне домашнюю работу, говоря: "Пока ты в моем доме и ешь мою еду, ты обязан работать наравне со всеми" - я был не против и считал, что так смогу оплатить хотя бы малейшую часть своего долга перед ним. Поначалу я лишь помогал госпоже Айяно в домашних делах, но как только я смог двигать рукой, то в мои обязанности начали входить: рубка и заготовка дров, походы за водой к реке, и все, что требовало физической силы. Мужчин в деревне было мало, поэтому приходилось помогать нуждающимся. Местные сначала боялись меня, но со временем привыкли. Они прозвали меня Аки, потому что меня нашли осенью.Так, мало-помалу я стал привыкать к деревенской жизни. Память не возвращалась и приятная суета деревенского быта стала замещать дурные и тяжёлые мысли о тайне моего прошлого. Скорее всего, я был обычным, рядовым самураем на службе какого-нибудь даймё. Я сражался за него, даже не зная сути конфликта и погиб. Погиб за своего сюзерена, как и полагается. Теперь этого самурая нет, но есть обычный человек по имени Аки.
Семья, что нашла меня и дала кров, стала для меня всем. Господин Иуоо помогал и учил меня разным житейским премудростям, а Айяно стала мне младшей сестрой. Мне нравилось наблюдать за ней, как она подвязывает рукава своего кимоно, перед работой, как недовольно морщит носик когда что-то идет не по ее разумению. Иногда, я помогал Айяно расчесывать её длинные, черные волосы, а она в свою очередь укладывала мои.- Ай! Будь поаккуратнее, Аки! - слегка вздрогнув, прикрикнула Айяно.- Прости, я не нарочно... - подняв руку с гребнем, извинился я.- Даже несмотря на это, у тебя все ровно получается очень хорошо. Твои руки крепки и проворны, как будто у хорошего мастера. - игрива сказала девушка.- Может быть...Время шло, казалось, ничто не сможет разрушить этот замечательный мир.
Глава 2.
Я проснулся от женских криков и рокота копыт. Дома не было ни господина Иуоо, ни Айяно. Выбежав на улицу, я увидел картину, которая наполнила мою грудь жгучим гневом. Крыши домов горели, самураи с обнаженными клинками вальяжно ходили по улицам, некоторые врывались в дома убивая и насилуя. Те, кого я знал, лежали бездыханно в грязном снегу. Ярость кипела во мне, заглушая крики и окутывая взор красной пеленой. Ни секунды не думая, я подбежал к самому ближайшему самураю. Сбив его с ног, обеими руками я стал неистово бить и раздирать пальцами его лицо, совсем не замечая встречных ударов и конвульсий мерзавца. Когда тот перестал двигаться, его лицо было похоже на черно-красное месиво, из которого торчали жёлтые осколки черепа. Окровавленными руками я поднял меч покойника. Рукоять клинка лежала в моей руке как влитая. На уровне инстинктов я знал как правильно держать меч и что-то внутри меня зашевелилось. Это чувство отдаленно напоминало то ли трепет, то ли мандраж в ожидании предстоящего кровопролития. Все происходило естественно, как будто я делал это сотни раз. Второй самурай лишился половины головы, третьему я рассёк глотку одним точным ударом. Острое лезвие в моих руках двигалось само по себе. Я не испытывал угрызений совести, отнимая жизни, наоборот, отдаленно я чувствовал восторг. Но страх потери моей единственной семьи омрачал, в то же время питала мою ненависть к врагу. Я ощущал как клинок покрывался кровью и жиром врагов, из-за чего приходилось вкладывать большую силу в удары. Так, убивая каждого врага, я вышел на маленькую деревенскую площадь.
Тела местных, лежали по всюду, распластавшись в неестественных позах. Кто-то ещё был жив и тихо постанывал что бы ни привлекать к себе лишнего внимания. Вчерашний снег смешался с алой-черной кровью, грязью и конским дерьмом. Шум в ушах нарастал, ноги подкашивались, а к горлу подступал ком. Лица знакомых мне людей пронеслись перед глазами. Я собрался с силами и поднялся с земли. Стараясь не поддаваться панике, я принялся за поиски Айяно и Господина Иуоо. Нападавших в деревне уже не было. Забрав награбленное они сбежали. С выжившими, мы стали помогать тяжело раненным и переносить тела . Среди убитых был и Господин Иуоо. Горечь и гнев терзали мою душу. Виня себя за бессилие, я мог только сжимать кулаки до тех пор пока кровь не брызнула из-под ногтей. Продолжая работу, я с замиранием сердца заходил в дома, боясь увидеть тело Айяно и каждый раз выдыхал с облегчением когда очередной труп оказывался не ей. Но всякий раз разочаровывался в себе из-за таких циничных мыслей. К вечеру мы закончили. Как оказалось нескольких девушек не досчитались. Видимо, эти ублюдки забрали их с собой. Одна старушка видела, как несколько бандитов скрылись в лесу у подножья горы. Медлить нельзя. Несколько раненых стариков вызвались пойти со мной, но я резко отказал им. Перевязав раны, я начал собираться на поиски похитителей. Меч, которым я орудовал утром, при свете дня казался уже не пригодным для боя. Клинок был покрыт толстым слоем запекшейся крови, а режущая кромка скорее походила на пилу от бесчисленных зарубов. К тому же меч был ещё и согнут. Все это делало его абсолютно бесполезным. По этому я просто отбросил его в сторону и принялся искать что-то похожее на оружие. Мои поиски прервала потянувшая меня за рукав бабуля. В своих руках она держала лакированные ножны в которых покоилась сталь клинка. Её муж, когда-то, был самураем, но погиб, и старушка хранила память о муже все это время. Конечно я не мог принять такой ценный предмет, однако старушка заметила: "Старый кусок стали и дерева или жизнь молодых женщин? По-моему, выбор очевиден. Мой муж, поступил бы так же, будь он жив " - с этими словами она удалилась, оставив меч в моих руках.