— Понятно теперь, почему вояка так испугался. Увидеть способности Князя своими глазами, — но эльф так и не договорил, а просто замолчал, продолжая идти вперед. Но вспомнил изначальный вопрос, им заданный, который и привел к рассказу о встрече: — так что вам от Кхатана потребовалось? Он мне эту тайну не раскрыл, лишь передал, чтобы Господин не переживал, что все будет сделано в лучшем виде.
— За это ему спасибо, — сказал я, так и не ответив на вопрос Ильтирима, до последнего сохраняя интригу и тайну, продуманного мной плана. Глубину идеи оценит лишь тот, кто по окончанию миссии «Святое Копьё», получит от меня дар. Как и те, кто будут по другую сторону противостояния, оставшись по расчету дела ни с чем. — Ха-ха-ха! — вот комментарий мыслям, огласивший тихие улочки города. Да удивленный взгляд Ильтирима, принявшего как данное нахождение в неведении деталей моей задумки.
10 глава «Рёв Молний, Блеск Льда»
Шадар
Следующий день трехгранных дуэлей прошел без моего участия, я был лишь зрителем. Этиар также ждал завтрашнего дня, и одиночных дуэлей по вызову. Он, в отличие от меня, уделил это время тренировкам, медитации и постижению новых техник, с помощью которых, по его словам, он вырвет победу у меня из глотки. Я же посвятил этот день наблюдению за дуэлью уважаемого Тинтра, заслуженно признанного мастером парных секир.
Противником гнома стал мастер молота, если не путаю, орудие прозвано в народе Молотом Грома. Мало что с ним может сравниться, это одно из сильнейших орудий, совладать с которым не каждому под силу, как из-за размеров, так и из-за техник, ограниченных в использовании. Внушительных размеров молот, закинут на плечо, ждет выхода и боя, а громила, перекаченный и через чур грузный, смотрит на майн Тинтра свысока, уже видя свою победу. Но как бы ни так.
— Рут Орин, — представился первым противник, — мастер молота Грома «А» уровня, — оскалился воин, одаривая гнома высокомерным взглядом, не ожидая:
— Форг Тинтр, — ответил на любезность гном, — мастер парных секир «А» уровня, — при этом майн Форг умолчал о высшем мастерстве Артефакторики. Козырь нужно припрятать и держать наготове. Мало ли что…
— Бой!
Прогремел голос распорядителя, дающего сигнал к началу дуэли. Тут же, над кругом арены, переливаясь голубовато-серебристым свечением, затрепетал защитный купол, чтобы ненароком не задеть зрителей. Дуэлянты же, обратившись к силе и мастерству, начали бой. Майн Форг, хоть и в почтенном возрасте, с первых минут дуэли захватил все поле боя. Он, словно видел и каждый последующий шаг Рута, куда он ступит, где окажется, куда уклонится. Громила, ведомый волей гнома, летал по кругу арены, без возможности и шанса на контратаку. Парные секиры, весом каждая килограмм по двадцать, порхали в руках майна Тинтра, словно кухонные ножи. Тогда как молот Грома для Рута был лишним грузом и обузой.
— А он неплох, — комментировал бой стоящий рядом со мной Айон, — не был бы светлым авантюристом, пригласил бы в гильдию наемников. Такие воины нам не помешают, — кто о чем, а Айон о гильдии и ее выгоде. Но, это его непосредственная обязанность и дело, которое ему по душе. — Переманить что ли? — задумался дьяхэ, уже прокручивая в голове возможные варианты сотрудничества, способные заинтересовать гнома.
На эти слова я только хмыкнул, мол, согласен, такие воины, даже светлые, нашему Княжеству не помешают. Бой тем временем продолжался. Красочный, захватывающий, с явным превосходством майна Тинтра, занесшего в очередной раз секиры над головой с целью кинуть их в противника и истерзать и так потрепанное лезвиями тело. Но…
— Грха! — раздалось со стороны гнома, когда тот поймал секиры и собирался вновь кинуть их в противника. Оружие, оказавшись в его руках, тут же рухнуло на каменную поверхность арены, как и сам почтенный Форг. Дрожь и судороги скручивали приступом и болью. А из горла вырвался сгусток темной крови.
— Яд, — шепнул Айон, у которого глаз алмаз на такие вещи. Да и не сложно догадаться, судя по темной крови, судорогам и ухмыляющейся физиономии громилы, перехватившего молот и занесшего его над головой гнома. Он хотел было обрушить на него всю свою ярость и гнев, так и пылающую в глазах, ответить за весь тот позор, но не успел.
— Я сдаюсь, — прошептал майн Тинтр, склоняя голову, признавая поражение. Но нет. Громиле победы и принявшего поражение противника было мало. Он решил отомстить гному за то, что тот ославил его на всю арену, гоняя по кругу, как несмышленого ребенка.