— Самая опасная тварь, из высших зверей Льда и Вьюги с ней никто не сравниться, и даже связываться не станут.
Эльф знал о чем говорит. Север — его дом. Здесь он родился и вырос, прожил несколько десятилетий и повидал сотни тварей, одной из которых, по его же словам, и была Королева Кобра. Смотря на змею, Ильтирим рассказывал об одной из таких, о которой в его семье знали, с которой столкнулись. Кобра, на глазах воинов и магов, в одиночку сражалась с десятком Снежных Медведей, свирепых, безжалостных, рвущих когтями врага в лоскуты, не оставляя и шанса на спасение. Медведи превосходили ее числом, но не силой. В итоге долгого сражения, когти и рев Снежных Медведей проиграли молниеносной, божественно-гибкой и смертельно-ядовитой чешуйчатой Ледяной Королеве, так и не потерявшей свой статус «Непревзойденной», как и земли, которыми она правила.
— Непревзойденная? Это как понять? — заинтересовались братья Ситир, с восхищением смотревшие за боем Риата, при этом слушая рассказ Ильтирима о бое Змеи и десятка Медведей за территории первой.
— У зверей, как и магов, есть классификация, но чтобы раздать уровни, с ними надо сразиться, а смотрящим своя жизнь дорога, вот они и награждают созданий не уровнями, а титулами, создавая своего рода каст и иерархию.
Низший уровень — Злой. Наименее опасный, может нанести вред один на один. С таким зверем справиться может и не обладающий магией мечник. Средний уровень — Жестокий. Опасен для поселков и деревень, справиться с таким можно как группой мечников без магии, или в одиночку, но при наличии хотя бы «С» ранга. Выше среднего уровень — Свирепый. В одиночку могут стереть с лица мира пригород и небольших размеров город. Со зверем этого уровня справиться может или маг «Б» класса, или отряд воинов «Б» класса с магом «С» ранга. Но не по одиночке.
И, наконец, высший уровень — Непревзойденный. Маги «Б» класса, соберись они хоть отрядом, да с помощью мечников, не превзойдут мастерством такого зверя. При этом не важна даже стихия. Огонь, земля, воздух, вода, все одно. Им в поддержку будет нужен маг «А» уровня, владеющий мечом на том же уровне. Вот только тогда, с поддержкой высшего умения, маги и воины справятся с Непревзойденным.
— И много таких зверей на ваших землях? — спросил мастер Тинтр, смотря за боем Королевы Кобры и Дракона Молний.
— Нет. В этом и есть вся суть Непревзойденных. Они оплетают своей властью и помечают отпечатком энергии земли, давая понять другим зверям, что здесь их земли, а Свирепым, Жестоким, Злым, не важно. Они или принимают Высшего, как правителя, или не принимают и покидают территории.
— А Свирепый может стать Непревзойденным? — спросила Жрица, смотря на Кобру, раскрывшую пасть и капюшон, поднимающую вверх снегом окутанные потоки воздуха, с режущими льдинками, мелькающими в водовороте вихря.
Драконьи молнии, трещащие и поющие, подобно птицам, снующие туда-сюда, оставляющие рваные после себя линии и всполохи, заставляли отрешиться от воспоминаний проигрыша и ощущений, не так давно меня отпустивших. Этот дракон, в отличие от младшего, сразившегося с эльфом, в разы сильнее. По одному лишь жару небесной стихии, жгущей кожу лишь от нахождения неподалеку, могу с уверенностью сказать, что разница между ними колоссальна.
— Может, но этого уже давно не происходило, — ответил эльф, напоминая: — я уже сказал о непоколебимости власти Непревзойденных, об их рамках и жестких границах, которые устанавливаются, когда ими занимается территория. Так что, свергнуть власть Высшего Зверя можно или так, как пытались Снежные Медведи, или с помощью нас, владеющих магией и сталью.
— Жестоко, — сказала Жрица, смотря на Кобру Риата, скрывающуюся в потоке магии, сливаясь с ледяным источником, — но, у королей и правителей государств та же система власти, ее нам понять не суждено, — с этим никто не спорил, как и с еще одним ее предположением, касаемо личности Риата: — как и статус нашего мечника. Он или скрывается от кого-то или же наоборот, преследует. Цель или человека, не важно. — Рассуждала она вслух, направляясь к Риату, чтоб поинтересоваться причиной, по которой он солгал. Но я вышел вперед, требуя часть Копья Света.
— Копье давай! — не было сил и терпения видеть эту довольную, полную счастья и успеха улыбку, как и слышать голос, сочившийся медленным ядом:
— Отдам, — отвечает, убирая выигрыш за спину, добавляя: — чуть позже, когда в полной мере наслажусь званием Чемпиона! — терпение у меня закончилось, а из груди, столпом праведного гнева, поднялось пламя, окутывая желанием столкнуть окутанный огнем кулак с его довольной физиономией, но не в этот раз.