— Ну, и какой идиот их инсектоидами назвал? — презрительно усмехнулся Артем, ткнув пальцем в экран.
— Корабли точно их были, — растерянно протянул Дока.
— Спору нет. Но вот это кто угодно, только не насекомое. Скорее, это ящер, — пожав плечами, высказался Артем, рассматривая снятое существо. — Да, именно так. Плотоядный ящер. Достаточно на его хлеборезку посмотреть.
— Да уж, набор клыков впечатляющий, — вынужден был признать искин.
— Кажется, теперь я начинаю понимать, почему на планетах, где они побывали, людей не осталось.
— Хочешь сказать, они используют их в пищу? — не поверил Дока.
— Я это прямо говорю. Ну, сам посмотри. Строение челюстного аппарата ясно указывает, что эта тварь плотоядна. Из всего списка известных в обитаемых мирах рас ничего подобного и близко нет. Это первое. Второе.
Все строение их тел указывает на хищный образ жизни. Когти на всех конечностях, тяжелый длинный хвост, который тоже может быть использован как оружие, а главное, их метаболизм недалеко ушел от человеческого. Во всяком случае, гемоглобин у них есть.
— Откуда такой вывод?
— Кровь красная. А такой цвет дает именно гемоглобин. А это значит, что они теплокровные, кислорододышащие, плотоядные.
— Слишком глобальный вывод, не имеющий под собой достаточно данных.
— Да и хрен с ним, — фыркнул Артем. — Я не собираюсь про них лекции читать. Знаем, и ладно.
— Ты не собираешься сообщать об этом другим?
— А что сообщать? — повернулся парень к голограмме. — Скинуть им эту картинку с описанием боя и указанием места, где он произошел? Так это ты можешь прямо сейчас сделать. А мои выводы, это только выводы, сделанные на основе вот этого самого кадра. Может, он на службе у тараканов состоял? Какая-нибудь раса их рабов. А может, очередную планету захватили, где такие красавчики обитают.
— Ты не хочешь иметь дела с официальными структурами? — неожиданно спросил Дока.
— Не хочу. Ты сам говорил, что для любого СБ мы не более чем добыча. Хочешь, чтобы тебя стерли?
— Нет. Этого я не хочу.
— Тогда давай закроем тему. Мы идем искать данные об Ушедших. Этим и займемся.
— А потом? — вдруг спросил Дока.
— Еще не решил. Но кое-какие идеи есть, — загадочно усмехнулся парень.
— Только не говори, что собираешься посетить свою родную планету, — медленно проговорил искин.
— А ты против? — насторожился Артем.
— Откровенно говоря, да.
— Поясни.
— Ты сам говорил, что тебя там ничто не держало и ничего не тянет. Значит, лететь туда нам просто нет смысла. К тому же вы еще не развились достаточно для того, чтобы выходить в обитаемые миры. Морально не готовы.
— А кто сказал, что я собираюсь выводить их в миры? — удивился парень.
— Тогда зачем?
— Если б я сам знал, — растерянно усмехнулся Артем. — Просто хочется по земле босиком походить. Чаек послушать. На море посмотреть. У нас это называется ностальгией.
— Кажется, я начинаю понимать, — с облегчением усмехнулся Дока. — Пора тебя на твердь отправлять. Засиделся в объеме.
— Не понял.
— Это нормальное стремление живого, побывать на тверди. У тебя на это подсознательное желание наложились воспоминания о родной планете. Это нормально. Пройдет, как только ты некоторое время проведешь на любой планете.
— Смелое заявление. Ты с таким, похоже, уже сталкивался.
— Конечно. Именно поэтому всем пилотам дают перерыв между долгими перелетами. В противном случае у них развивается боязнь открытого пространства.
— Агорафобия? С чего бы это, если вокруг объем?
— Ты знаешь, что вокруг объем. Ты можешь видеть его на мониторе. Даже можешь временно покинуть борт корабля и слегка прикоснуться к нему, но все свое время ты проводишь на корабле. В ограниченном пространстве, и бескрайность объема не давит на тебя.
— Ты еще и психиатр, — фыркнул Артем, смешно наморщив нос.
— У меня много баз данных.
— Я заметил. А теперь расскажи мне правду, Дока. Я давно за тобой наблюдаю и понял, что многие вещи, которые известны тебе, пиратам просто не нужны, а значит, они не станут загружать твою память ими.
— Я искин и я не умею обманывать.
— А ты и не обманываешь. Ты скрываешь правдивую информацию, а это разные вещи. Дока, не крути мне канделябры. Колись.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Дока, я понимаю, что в твоих программах есть закладки, которые не дают тебе раскрыться, но я напомню, что все они больше не имеют значения. Того мира, в котором тебя создали и отправили работать, больше нет. Думаю, даже информация о тебе давно затерта и уничтожена. Так что рассказывай.