Наши четыре капитана отрядов на задании – это просто какая-то мыльная опера. Форел пытается впечатлить Рууэла. Он ведет себя непонятно, но вроде проводит кучу времени с Таарел. Я пытаюсь делать вид, что меня это не касается. Таарел (по крайней мере, если судить по ее поведению во время нашего отдыха в городе), кажется, страдает по Мейзу. А Мейза романтика отныне не интересует.
Сейчас, не заметив ничего интересного, я просто забила на всякие глупости и вернулась к переводу стихотворения. И продолжила бродить по своему городку в сопровождении двадцати четырех космических ниндзя-экстрасенсов, которые надеялись на какое-нибудь внезапное происшествие куда больше, чем я. Не могу сказать, что очень на это рассчитывала, ведь некогда прожила здесь месяц, да и сетари все проверили. Если что и произойдет, то совершенно случайно.
Я ни капли не удивилась, когда мы вошли под амфитеатр и не обнаружили там никаких монстров – лишь короткий белый коридор, ведущий к пустой круглой комнате с круглой же высокой платформой в центре.
Я как раз раздумывала над менее чем забавной перспективой вернуться сюда снова, но только предварительно накачавшись эфиром, когда Сефен из третьего глянул на Рууэла и сказал:
– Я даже близко не понимаю, что это такое.
– Похоже на врата, – заметила Таарел, – но…
– Нет, это не врата. – Рууэл подошел ко мне слева и, коснувшись моей руки, нахмурился. – Гораздо сложнее. Я ощущаю здесь Эну.
Мейз, перетаскивавший телекинезом одного из новых дронов, опустил его на землю у противоположной стены.
– В конце концов, мы ожидали найти источник эфира. – Проверив настройки робота, он запустил его и убедился, что «Литара» получает данные. – Если это какое-то устройство, то для чего оно, по-вашему?
Народ зашевелился; все, кто обладал даром видения места и символов, усилились и принялись осматривать платформу с разных углов. Мейз запустил сканирование дроном. Я же видела перед собой обычную платформу: там даже ступеньки с одной стороны были.
– Для связи, – наконец вынес вердикт Рууэл, и несколько человек нерешительно кивнули.
– Здесь есть следы эфира, – прокомментировал Мейз, а потом через интерфейс спросил: – Какие будут приказы?
– Снимите первичные показания, – отозвался старший синий костюм, Теара, – но не больше, пока мы не вернемся. Анализ сканов, полученных в промежутке, вероятно, поможет понять, что делать дальше.
На два разведывательных отряда имелось четверо людей с талантом видения места.
– Давай сам, Сефен, – сказала Таарел. – Мы до сих пор до конца не уверены, есть ли какое-то искажение при использовании усиленного видения.
Сефен кивнул, а остальные трое – Рууэл, Халла и Мет – убрали перчатки в рукава формы. Сетари с подобными способностями часто работают с закрытыми ладонями, потому что прикосновение к объекту может дать им более глубокий контакт, вроде того, как когда Рууэл держал мой дневник. Я уже просмотрела достаточно серий «Скрытой войны», чтобы знать: сетари с видением места испытывают трудности с получаемой информацией и избегают случайных прикосновений к людям и предметам. Актер на экране всегда был напряжен, чувствителен и замкнут.
Мет, низкорослая мускулистая девушка из третьего отряда, рискнула первой и тут же отдернула руку.
– Эффект эфира, – пояснила она, хмурясь.
Халла и Рууэл тоже попробовали, но быстро закончили. Было видно, что им больно даже легонько касаться поверхности камня.
– Попробуй нейтрализовать отрицательные эффекты с помощью Девлин, – предложила Таарел, и вдруг и она, и все остальные с боевым видением насторожились. – Угроза!
Большинство сетари отступило от платформы, вырастив из своих костюмов наножижные клинки. Я тоже отошла, отметив, что Кетзарен и Алей привычно прикрыли меня с боков, а потом закрыла уши от внезапно раздавшегося шума. Рев кита – ничто по сравнению с этим.
– Приближается быстро, – сказал Мейз, к счастью, во время паузы между звуками. – Серьезная угроза. Выводите отсюда Девлин.
Кетзарен повернулась, но Рууэл оказался быстрее. Не тратя время на нежности, он просто схватил меня за запястье, поволок вперед и приложил мою ладонь к платформе.
Звук остался таким же громким, но изменилась частота, и все отреагировали так, будто едва разминулись с акулой. Рууэл что-то сказал, его глаза сузились и жутко почернели. Я хотела бы объяснить, мол, не слышу его из-за ддоры, но даже пытаться не стала, так как поняла, что только меня словно на колокольню затащили.