– До сегодняшней вылазки я бы сказал «никакие». Особенно увидев, как далеко от центра разрывов находится это место. Но если тебе удастся снова проложить путь к своему миру, то, возможно, ты сумеешь попасть в его околопространство.
В околопространство – да. Но дальше-то не пройду. И уж точно не стану той, кто проделает дырку в защите Земли от монстров.
Наверное, все это отразилось на моем лице. Когда я вновь повернулась к родным, отец ничего не сказал, но выглядел расстроенным, а мама вцепилась в подлокотники кресла.
– Должна возвращаться. Не знаю, найдем ли врата, не навредив Земле. Шансы малы. – Становилось все тяжелее удержаться от слез. – Скучаю по вам, очень сильно.
– Можно к тебе? – восторженно показал Джулс и разинул рот, когда капитан четвертого отряда повернулся и мимоходом пронзил какую-то штуку, прыгнувшую на нас из очертаний двери в гостиную.
Штука напоминала паука, сделанного из ржавых гвоздей и старой шинной резины, но никак не ионота в моем представлении. Сетари поднял добычу, чтобы получше рассмотреть, и я поняла, что он вырастил кинжал из наножижи рукава своего костюма. Я видела нечто подобное в тех фильмах, что смотрела с Ненной, вроде «Терминатора 2», поэтому не особо удивилась. Самого появления паука-ионота и так достаточно.
Когда я обернулась, выражение папиного лица изменилось. Если прежде он собирался спорить, то теперь хотел, чтобы я как можно быстрее оказалась в безопасности, и неважно, как далеко.
– С днем рождения, – медленно показал он. – Обнимаю.
– Люблю вас. – Я посмотрела на Ника и перекрестила руки, «обнимая» и его тоже.
Он повторил мой жест и добавил:
– Будь счастлива.
– Ты тоже, – старательно показала я. – Скажи Алиссе, жаль, пропустила вечеринку. Скучаю по ней.
Ник ухмыльнулся:
– Сделаю.
Я улыбнулась тетям и перевела взгляд на маму.
– Удачи, – показала она.
В этом вся мама. Я кивнула и, подумав мгновение, добавила:
– Спасибо, что ты моя мама. Люблю всегда.
Тут мы обе расплакались, я постаралась улыбнуться и сделала шаг назад, вытирая лицо, пока моя семья растворялась в тенях. Хотелось остаться, рассказать больше, задать еще тысячу вопросов, но я не настолько глупа или эгоистична. Если здесь появился один ионот и напал на нас, следом придут другие.
Я повернулась к сетари, который уже успел избавиться от паука и вряд ли мечтал торчать здесь, пока я играю в семейное счастье. Но он хотя бы старался не демонстрировать нетерпение.
– Прости. Теперь готова.
Он протянул мне небольшую флягу и питательный батончик:
– Держись рядом.
Дорога до врат заняла минут десять, и я все гадала, как же смогла пройти это расстояние во сне. И как удалось капитану четвертого отряда проследовать за мной. Продвигаясь по длинной тропинке сквозь очертания моего района, мы встретили еще несколько паукообразных штук, но сетари справился с ними так же легко, как и с первым ионотом. После еды и питья я осознала, насколько проголодалась и устала, но порадовала себя, самостоятельно создав на форме кармашек для фляги и пустой обертки.
Врата располагались на чьем-то заднем дворе – в неком бассейне, давно позабывшем, что такое вода. На той стороне виднелась красная земля, голубое небо и гряда огромных скал. На дне бассейна лежало полдюжины пауков и обтрепанная тень с клещами. Все мертвы. Было непросто спуститься вниз и встать среди трупов.
– Врата, а в особенности те, которые ты расширила, – наиболее опасные точки в пространствах, потому как нельзя точно просчитать угрозу с обратной стороны. Я пройду, а ты будешь ждать сигнала. Без него не двигайся с места, если только с той стороны не возникла опасность. Если придется бежать, самое главное – держись ко мне поближе, где бы я ни был. Все поняла?
– Я прорвала врата? – Я уставилась на убитых монстров. И это ведь только здесь…
– Ты не помнишь? – Сетари покосился на меня, похоже, пытаясь определить, вру или нет. В его глазах никогда не отражается ни удивления, ни раздражения или гнева, ни искреннего интереса. – Ты сделала новый разрыв в оболочке Тары, а потом нашла или расширила тринадцать врат между тем местом и этим.
– Разрыв? Из медблока? – Лицо горело, но я отбросила смущение и просто сказала: – Я проснуться здесь.
Он вернулся к сканированию окрестностей, потом несколько мгновений неподвижно и сосредоточенно изучал врата, прежде чем шагнуть сквозь них. И пускай я в одиночестве бродила по околопространству Земли, но то время, пока капитан четвертого отряда находился с другой стороны, чувство уязвимости зашкаливало. Полдюжины причин для такого состояния лежали у моих ног, а края бассейна располагались на уровне глаз, так что я сразу заметила бы чье-либо приближение. Это на корню убивало радость от последних минут пребывания в околопространстве Земли.