Из рубки я почти не вылазил, только один раз в трюм сходил людей подбодрить, сообщить, что все уже позади и мы летим в новый дом… Неправильно сказал, не учел психологический момент, поэтому поспешил обратно, чтобы такого количества детских слез не видеть. Ну да, когда к тебе девочка трехлетняя подходит и, дергая за скафандр, спрашивает, где ее мама, поневоле стараешься от ответа увильнуть. И плевать ей на дом, ей маму надо. Я бы, может, с ними, детьми в смысле, и посидел бы, поразвлекал их, да вот только после таких вопросов что-то в груди щемить начинает.
Хотя, если хоть чего-то в жизни понимаю, то не все с их родителями так однозначно. Более того, думаю, девочка, что мамку ты свою еще увидишь, да и папку, возможно, тоже. Если флот вернется потом на ОПЦ, а не махнет куда-нибудь еще. Если я прав в своем предположении. А в нем я процентов на девяносто уверен, потому что тогда все в логическую цепочку выстраивается очень хорошо. Людям периодическое пребывание на планетах необходимо, тем более детям. Им вообще на кораблях, по уму, делать нечего. Тем более на боевых, тех, которые в дальние рейды систематически ходят. А до Содружества отсюда далеко…
Но ведь я-то знаю, что, не всем так повезло… Поэтому лучше в рубке посижу, пока нервы еще окончательно не истрепались. Есть у меня предвидение, что на ОПЦ на восстановительные процедуры будет бесконечная очередь.
Реактор второй Тоготу запустить так и не удалось, поэтому шли мы сейчас на одном. Так что двое с половиной суток это еще совсем не плохо.
Из перехода вышли в числе последних. Сенсоры еще не успели отработать, как на связь вышел диспетчер ОПЦ.
— «Скиф», ОПЦ на связи.
— Слушаю, ОПЦ.
— «Скиф», вам открыт коридор на второй причал. Конец связи.
Искин рапортовал о получении маршрута и предписания следовать им. Чудеса, да и только. Сколько здесь летаю, а на такой дистанции диспетчер со мной на связь ни разу не выходил. Они и возле станции не особо стараются, я же не межсистемник полуторакилометровый, меня, когда сильного движения нет, вести совсем не обязательно, — сам сяду. Тем более и док у нашей с Тоготом компании свой есть.
А тут прямо с порога и коридор открытый дают. Нужно пользоваться моментом, когда еще таких почестей снова удостоюсь.
Буркнул в пустоту:
— Маршрут принял. Конец связи.
Возле станции, да и на всей остальной орбите Фолка было достаточно свободно. Как я понял, из рейда на Бегаз легких кораблей вернулось от силы половина. Чего не скажешь о тяжелых, они хоть и потрепанные, но были почти все из тех, кто изначально с Фолка уходил, даже наоборот увеличили свою численность за счет пятерки кисадийских рейдеров, висевших сейчас на орбите ОПЦ как раз над вторым причалом. Раскрылись массивные створки внешних ворот, искин ожидаемо аккуратно подвел корабль к стыковочной площадке, зацепился захватом, ворота закрылись, в отсек хлынула атмосфера. Двигатели еще на подлете отключили, стыковались на антигравах. Основные системы в большинстве своем перешли на внешнее питание, реактор перешел в ждущий режим, да и по нормам перевод реактора на спящий режим при стыковке к станции обязателен, мало ли что. Мы, можно сказать почти дома, можно позволить себе немного расслабиться.
— Фил, ты там со всеми делами разбирайся, а я сразу на верфь. Договорились?
— Без проблем. Тер, только одна просьба, оставь местечко для «Скифа». Уж что-что, а ремонт он заслужил. Хорошо?
Тогот улыбнулся, по-хорошему, без обычной насмешки или скрытой издевки.
— Не волнуйся, для этого корабля место там всегда найдется.
Он провел рукой по панели управления, хлопнул меня по спине и, поднявшись с кресла, двинулся в сторону стыковочного шлюза.
Я тоже поднялся, но мне прежде всего надо было организовать выгрузку вынужденных пассажиров, все остальное потом. Осмотрел внутренние отсеки на предмет загромождения. Понятно, что этого быть не должно, но мало ли какой дроид-ремонтник посреди прохода какие-нибудь работы вести затеял, следуя мудрому плану текущего ремонта, разработанного искином и мной утвержденному. У нас тут не прогулочная яхта, а самый что ни на есть легкий крейсер, с самыми что ни на есть мародерскими наклонностями, так что комфорт и легкость передвижения неожиданных пассажиров это самое последнее, о чем искусственный интеллект будет думать. И я с этим полностью согласен.
Проходы оказались полностью пусты, ничего не мешало выгрузке. Все прилегающие отсеки были закрыты еще с предыдущего старта, перед боем, и раскрывать их никто не собирался, таким образом, к разгрузочной аппарели вел один широкий коридор без ответвлений и тупиков.