- Я бы хотел закончить свою миссию. Потом они будут твоей ответственностью, а их судьбы лягут на твою душу, - Леда слегка передернуло. - Я собираюсь остаться в Гарии. Там нет нашего ордена и я думаю, с теми средствами, которые ты нам всем раздал, я смогу его основать. Горы - стихия моего героя. А здешние горы горды и свободны. Святилище великого героя будет здесь как нельзя кстати.
- Хорошо, тогда я подумаю, что смогу сделать для возрожденных, пока ты с нами. Придумать достойное учение для них - не самая простая задача, как мне кажется.
- По моему опыту, чем сложнее, тем хуже.
- Да, я слышал, что гениальность в простоте. Только вот я ни разу не гений, - Лед встал и трое возрожденных вскочив на ноги отсалютовали ему прежним жестом. Лед ответил им тем же. Или может он должен отвечать им иначе? Он же не в курсе, что означает этот их жест? Да какая разница? Он, блин, герой или кто?! Жираф большой, ему видней. Вот ведь встрял. Развернувшись, он пошел собирать свои вещи. Их надо еще приторочить на лошадь, пока есть такая возможность. Через несколько дней весь груз придется тащить на себе.
* * *
Следующие несколько дней тропа, с самого начала едва заметная среди камней и редкой пожухшей травы, становилась все неприметнее. Дорога преимущественно шла вверх. В первый день после бесконечных подъемов у них было пять привалов. Люди просто валились с ног от усталости. Все удивлялись, как по такому бездорожью можно идти с грузом на плечах. Не только лошади, но и люди постоянно травмировали ноги, и маги оказались единственным спасением. Зато легион по-прежнему держал очень приличный темп.
Ночевать приходилось у костров, предварительно одев на себя поверх основной сменную одежду и плащ. Лишнюю воду слили из бурдюков на прошлом привале. До большого водопада оставалось день пути, а идти лошадям становилось все тяжелее. Бат обещал, что дальше встретится несколько больших ручьев. Так что тащить много воды на себе не придется. Еды становилось все меньше. Основным грузом оставалось оружие, сменная одежда и золотые монеты. Последние составляли львиную долю веса всей поклажи. Однако, как известно, деньги карман не тянут. Особенно пока они лежат в седельных сумках. После водопада, когда с лошадьми придется расстаться, каждый потащит свои сокровища на себе. На тройку лам Бат также возлагал большие надежды. Он надеялся, что они смогут пройти по тропе вдоль отвесной стены над обрывом. Это было главное препятствие для крупных вьючных животных на этой тропе.
Хворост для костров приходилось собирать по пути. На местах стоянок редко попадалась какая-либо древесина. Деревья в этой местности стали большой редкостью. Ни одного опасного зверя им также встретить не удалось. Зато горные бараны все чаще мелькали на соседних склонах. Ящерицы, змеи и прочее мелкое зверье порой шуршало в траве между камнями, убираясь подальше с их дороги. Однажды попытались подстрелить какую-то мелкую зверушку. Тушка оказалась тощей и костлявой. Зато болт был испорчен, и требовал теперь очень серьезной заточки. От такой расточительной охоты пришлось сразу же отказаться. Даже тушку решили не разделывать, так как совсем не оставили лишней воды. Ненужную добычу просто выбросили на камни. Спустя час с очередного уступа они наблюдали на том месте пир небольших серо-белых птиц.
В конце третьего дня пути они устроили ночной привал на удобном плато. Весь пройденный ими путь до самого озера располагался, как на ладони. Открывающийся вид захватывал дух. У всех в караване стояло приподнятое настроение. В первую очередь потому, что никакой погони видно не было. Всем стало очевидно - они вырвались! Можно вздохнуть полной грудью чистый горный воздух свободы. Радость придавала сил. Несмотря на то, что дорога становилась все тяжелей, люди шли вперед, словно не чувствуя усталости. Теперь они видели результат. Они смогли!
Экономя дрова, разожгли всего два небольших костра и двумя тесными группами сели поближе к огню. Несмотря на скудные порции походной еды, настроение, сидящих у костра людей, было радостно-приподнятое.
- Что, ребята? Выбрались! После перевала пойдем как свободные люди. Не таясь. А в Гарии получим гражданство и никакая имперская сволочь нам не страшна. Местные полицейские без причины тронуть не посмеют. Они там, говорят, не борзеют. Меру знают. Ловят только ворье да душегубов всяких, - радостно поделился своими планами неунывающий Сав. - Я за такие деньжищи дом недалеко от города куплю и ферму обустрою. Дело привычное.