Мне бы сейчас о другом думать, а я… Дебил, блять.
Нахожу нужный мне адрес и подхожу к подъезду. Так, я здесь, получается, живу? А где же, мать его, шикарный особняк, в каких живут обеспеченные дяди? Судя по одежде, я к ним отношусь… Если, конечно, одежда моя.
Дверь подъезда открывается и на улицу выходит смазливая блондинка.
— О, приветик, Паш! — кажется, она не только знает меня, но и рада видеть.
— Привет, лялька, — окидываю ее с головы до ног и понимаю, что «Лялька» ей подходит лучше любого имени, каким бы оно у нее не было.
— А ты куда пропал? Обещал забежать в гости и как в воду канул. Неужели со своей стервой Новый год отмечал? — блондинка осматривает меня с интересом и нескрываемой похотью.
Таааак…
Я, оказывается, тот еще гуляка.
А под «стервой» девчонка, видимо, имеет в виду мою жену… Хреново это. Была надежда, что все-таки нет ее… Жены.
— Ты извини, Лялька, идти мне надо, — бормочу, проходя мимо нее и боковым зрением ловлю ее растерянный взгляд.
— Ну, ладно… Если что, забегай, — улыбается по-доброму и я отвечаю тем же.
Поднимаюсь на нужный этаж и нажимаю на кнопку звонка. За дверью слышатся поспешные шаги и с улыбкой до ушей ко мне выскакивает изящная жгучая брюнетка.
— Ну наконе… — ее улыбка угасает, а пламенная речь, судя по всему, предназначавшаяся не мне, обрывается на полуслове.
Очень интересно. Это и есть моя жена?
Высокая для девушки, правда, намного ниже меня. Голубоглазая, с точеной фигуркой. Прелесть просто. Только я ничего не испытываю. Даже банальной радости. Вообще ничего.
Да и она, похоже, не очень-то скучала по мне. Вон как напряглась и побледнела.
— Ааа… Ты где был, зай? — это ее «зай» звучит так фальшиво, что вызывает оскомину, так, словно я ненавижу это слово.
Конечно, если она произносит его таким наигранным тоном каждый раз, то неудивительно.
— Почему молчишь? И что это за вид у тебя? — опасливо оглядываясь, она отходит от двери. — Заходи, Паш…
Прищурившись, наблюдаю за ее мимикой и дерганными жестами. Вхожу в квартиру и снимаю верхнюю одежду.
Она с натянутой улыбкой забирает у меня пальто.
Такое ощущение, что мы встретились после серьезной ругани. Кажется, она боится меня и я, отчаянно копаясь в своей больной голове, ищу тому причину.
— Как тебя зовут? — да, знаю.
Это смахивает на дешевый сериал, но разводить сопли о том, как очнулся на улице с разбитой тыквой не собираюсь. Вот абсолютно не хочется с ней болтать по душам.
— В смысле? — растерянно улыбается, хлопая нарощенными ресницами.
— Как зовут тебя? — повторяю с нажимом и она снова пятится назад, судорожно прижимая к груди мое пальто.
Хм… Странная реакция. Неужели я был одним из тех гондонов, что лупят своих баб?
— Ника, — произносит настороженно, словно ожидая какого-то подвоха.
— Значит так, Ника. Сейчас мы садимся и ты рассказываешь мне обо мне… И о нас, разумеется. Все, что тебе известно.
Прохожу мимо остолбеневшей жены, зрительно изучая каждую мелочь, которая может помочь мне хоть что-нибудь вспомнить.
И ничего.
Никакой реакции. Никакого «еканья». Даже не верю, что жил здесь. В этом доме, с этой женщиной.
Кто же ты, Павел Князев?
Меня ломает и корежит. Не нахожу себе места, нечем дышать. Господи, неужели заболела? Трогаю лоб и понимаю, что да, таки заболела.
А мне же еще на работу… Кредит, будь он неладен, сам себя не погасит.
Бармалей поглядывает с сочувствием, положив голову мне на колени. Дожили, даже у пса чувство жалости вызываю! А у кого не вызываю? Не женщина, а сплошное разочарование. Все не как у людей. Мало того, что внешность оставляет желать лучшего, так еще и дохлая, как кролик. Стоит ветерку дунуть и все, вызывайте реанимацию.
Подхожу к зеркалу и бездумно пялюсь на свое отражение.
Не то, чтобы совсем страшила, но и до красотки далеко.
Почему нет мужчины?
Мои каштановые волосы до плеч никогда не знали краски и плойки, а мужчины любят глазами.
Фигура явно не модельная, а мужчины любят худышек.
Да и вообще, с моими комплексами и недостатками сидеть в своей раковине, не высовываясь.
Тошно еще так…
Это уж точно не от болезни.
Знаю я этому причину. Только себе признаваться не хочу, что запала, как малолетка на взрослого, почти незнакомого мужика. Мужика, потерявшего память, в тюремных татуировках… В общем, продолжать не имеет смысла.
Забыть — вот, что мне нужно.
Просто выкинуть из головы, словно и не было его. Так, как будто не появлялся он в моей жизни никогда.