— Развод, значит, хочешь? А что же ты не спрашиваешь, Пашенька, отчего женился на мне, нелюбимой? Может все-таки ты что-нибудь да помнишь, а? — слышу голос Ники, наполненный едкими нотками.
— Ну? И почему же я на тебе женился? — мне что-то об этом говорил мой, так называемый, друг, но от нее будет интереснее услышать, если, конечно, это не окажется очередной сказкой.
— Ты женился на мне, потому что чувствовал свою вину.
— Интересно, в чем же моя вина, что тебя кто-то там трахнул? — мышцы спины сводит от напряжения и боль в голове усиливается.
— О, ты знаешь об этом, да? — она прислоняется плечом к стене и ухмыляется так мерзко, что впервые за то время, что помню себя хочется ударить бабу. — Это сделали твои дружки. Трое пьяных уродов, которым ты в шутку сказал: «Да забирайте ее!». А они подловили меня вечерком и по очереди поимели. А затем, порезали меня и оставили лежать в подворотне, истекая кровью. Вот в чем твоя вина, Князев. А я любила тебя. Так сильно любила, что, потеряв всякую гордость, бегала за тобой по пятам. И даже после всего случившегося я продолжала тебя любить. Любила даже тогда, когда ты других баб трахал и даже не скрывал этого от меня. Вот и задумайся, Пашенька, хочешь ли ты вспоминать, кем был? И да, на этот раз я не лгу.
Она развернулась и ушла в комнату, оставляя меня в полном ахуе.
Казалось, что парализовало каждую часть тела, каждую клетку, в том числе и нервной системы.
— Твою мать.
ГЛАВА 13
Если ты имеешь много денег, возможно все. Ну или почти все.
По крайней мере, пачки зеленых бумажек достаточно, чтобы собрать целый консилиум докторов, которые обследуют тебя с кончиков волос до пяток.
Я сделал глоток кофе и поморщился. Видимо, мадам из приемной обиделась, что я не обратил внимание на ее сиськи, которые она так усердно демонстрировала, и зажала сахар.
— Ну что я могу сказать, Павел… Эээ…
— Просто Павел, — стоит ли говорить, что я до сих пор не знаю свое отчество.
Полный пиздец.
Врач поправил квадратные очки в желтой оправе и уставился на результаты некоторых уже имеющихся анализов.
— На данный момент могу сказать, что ваша амнезия не так страшна, как кажется с первого взгляда… У вас, Павел, было сильное сотрясение и, честно, говоря, я удивлен, что вы так проходили несколько дней. Обычно в таком состоянии люди не бегают по больницам… Их на скорой привозят. Это, конечно, хорошо, что вы такой крепкий, но шутить со здоровьем нельзя, сами понимаете.
— Короче, доктор, — сейчас во мне играла какая-то детская нетерпимость.
Словно одной таблеткой возможно вернуть все, как было. Правда, в свете последних событий я уже не уверен, что хочу вспоминать что-либо из предыдущей жизни.
— Вам нужно лечь к нам на более детальное обследование и только после этого мы сможем назначить лечение. На счет амнезии могу с уверенностью сказать, что она временная. А вот сотрясение…
— Понял, сколько у меня есть времени?
— Чем раньше, тем лучше.
— Тогда ждите меня завтра.
В приемной меня уже ожидал Леша Кабанов.
Нет, я не узнал его, увы.
Но почему-то сразу понял, что это именно он.
Мои догадки подтвердились, когда этот рослый детина бросился ко мне с воплями и матом.
— Ну еб же твою мать, Паш! Че за хуйня?! — от его выражений администратор захлопала ресницами и открыла рот, на что Кабан не обратил никакого внимания.
— Рад познакомиться с тобой, друг, — и я не соврал.
Мне действительно было по кайфу видеть, что хоть кто-то в этом мире еще не продался за бабло и не стал сукой.
Мы с Кабановым даже в чем-то похожи. Примерно одного телосложения, оба татуированные.
У Лехи были закатаны рукава и на руках я увидел те же тюремные татухи, что и у меня.
— Вместе сидели? — озвучил свою догадку.
— Ну да… Паш, а чего, совсем все хреново?
— Хреновей некуда, Леха. Пойдем, перетрем.
Наступил вечер, а я все бродила по квартире, словно искала пятый угол. Бармалей расхаживал за мной, изредка помахивая хвостом.
К списку моих проблем добавилась еще одна — я не знала, где моя машина. Ни ключей от ласточки, ни ее саму я не увидела. Пришлось даже во двор выйти, чтобы посмотреть, но так и не нашла.
Пару раз порывалась позвонить Павлу, чтобы отвез меня к тому сугробу, в который я въехала, но тут же одергивала себя.
Не нужны ему мои проблемы. У самого — выше крыши.
Пришлось напрягать коллег и с помощью эвакуатора мою кормилицу все-таки доставили домой.
Повреждения оказались незначительными, но чтобы отремонтировать слегка помятый бампер все равно нужно ехать в сервис, а у меня не было сил даже на это.