— Зачем ты так поступаешь со мной, Надя? — не выдержал.
Хочу выяснить все.
Раз и навсегда.
Чтобы разом ампутировать себе сердце.
Вырвать его к хуям и выбросить ей подноги. Пусть топчет.
Она всхлипывает и закрывает глаза, чтобы не впасть в истерику.
Начался откат.
Осознание всего произошедшего накрывает ее и я понимаю, что сейчас будет вселенский потоп.
Наконец-то.
Пусть плачет, кричит. Пусть истерит и дерется. Лишь бы не молчала так. Не убивала меня этим ебучим равнодушием.
Сворачиваю на парковку у ее дома и глушу мотор.
— Иди сюда! — притягиваю Наденьку к себе и она, уткнувшись лицом мне в грудь, сотрясается от рыданий. — Давай, давай. Поплачь. Обвиняй меня, кричи. Можешь даже волосы мне на груди вырвать, — нервно хмыкает в ответ и снова вздрагивает. — Только не поступай со мной так, Моська. Ты же моя. Ты же сама с ума сойдешь и меня сведешь нахрен. Ты погубишь нас расставанием.
Она молчит, но я уже знаю, что согласна со мной. Защитная реакция прошла и Надя снова обнажена и беззащитна. Моя.
— Я клянусь тебе, что уже до утра во всем разберусь. Я найду эту суку. Тебя никто больше не обидит, слышишь меня?
Она затихает, поднимает на меня взгляд влажных глаз.
— Ты не такой какой-то… Другой. Ты вспомнил, да?
Я вздохнул.
Отвечать нет смысла, она и так все поняла.
— И что теперь?
А что теперь?
Теперь я должен думать головой, а не яйцами.
— Пойдем, отведу тебя домой и поеду по делам. А ты чтобы ни шагу из дома, поняла? И не смотри на меня так! — пресек все будущие попытки сопротивления. — Это для твоей же безопасности. У Лерки с башкой намного хуже, чем у меня.
— Я сама до квартиры дойду…
— Не дойдешь.
Уже у самой двери Надя повернулась ко мне.
— Паш… Ты прости меня. Я испугалась сильно. На меня никогда никто не нападал, а тут… Ты должен меня понять, — взяла меня за руку и этого движения хватило, чтобы снова превратить меня в озабоченного зомби.
В охапку сгреб ее и в губы впился, как в последний раз. А она стонет и за шею меня обнимает. Ну как тут не свихнуться, блять?! Как остаться при уме и памяти?
— Надюш, пригласи меня на часок. Клянусь, я в кому впаду, если не трахну тебя сейчас, — шепчу ей в губы и Моська нервно смеется.
— Только потом уйдешь, понял?
Вставляет в замочную скважину ключ, поворачивает и нажимает на ручку, а я слышу щелчок и звон проволоки, упавшей на пол.
Растяжка*…
— Ложись! — отшвыриваю Надю от двери и наваливаюсь сверху на нее.
Растяжка* — шнур, используемый для организации мины-ловушки. Иногда может использоваться граната.
ЭПИЛОГ
Кто сказал, что свадьба это волшебно, чудесно и прекрасно?
Наглая ложь.
Яркие вспышки фотокамер ослепляли до красных точек перед глазами, я путалась в длинных юбках и если бы не рука Паши, я бы, наверное, растянулась прямо на крыльце ЗАГСа.
— Зачем столько фотографов, Паш? У нас гостей меньше, — шипела на новоиспеченного мужа, пока нас с воплями и свистом забрасывали рисом, лепестками цветов и страшно представить чем еще.
— Я хочу, чтобы нас засняли с разных ракурсов. В нашем доме выделю отдельную комнату и все стены в ней заклею свадебными фотками, — на полном серьезе заявил Князев, кому-то кивая и принимая поздравления.
— Ты маньяк, Паш…
— Знаю, Моська, — улыбнулся и, подхватив меня на руки, устремился к машине. — Вот сейчас украду тебя, Князева, и буду насиловать всю жизнь.
И ведь не сомневаюсь даже.
Впрочем, я сама пошла на это, полностью отдавшись в руки этого сумасшедшего Бродяги, что появившись однажды в моей жизни, больше не захотел из нее уходить.
Я дала свое согласие выйти за него замуж еще тогда… Когда от взрыва задрожали стены и пол, а на нас посыпалась штукатурка.
Паша придавил меня к холодной бетонной площадке своим телом, а я тихонько молилась, умоляя Бога спасти этого дурака…
В тот момент я поняла, что если он погибнет, то я не смогу жить дальше… Только не после того, как узнала, что такое счастье. Не теперь, когда я обрела свою любовь, как бы пафосно это не звучало.
Валерию — сумасшедшую бывшую подружку Паши все же поймали. Ее поместили в больницу на принудительное лечение, а так как надежды на выздоровление нет, то и выпустят ее не скоро, если вообще выпустят.
В любом случае, в следующий раз мы будем готовы…
А вот сообщника Леры — Арсения Веснина, настигло наказание посерьезнее… Он пропал без вести, а через месяц его труп выловили из Москва-реки.