Валька пожал плечами. Спокойствие Малого его ввергло в легкий ступор, но углубляться в проблему не стал, зная о взрывном характере друга.
— Да в ажуре всё, не ссыкай. Ворон не в обиде, извинились перед ним за налет шпанят. Поеду я до дому, до хаты, обещал мамане пораньше сегодня вернуться. Созвонимся завтра, братан.
— Ага, давай, труженик семейного очага… — попрощался с ним Тимофей, и, дождавшись, когда за окнами исчезнут светлячки стоп-огней, направился во двор.
Коротать ночь в одиночестве в пустом особняке ему не хотелось, да и настроение было какое-то со злой веселостью. Пожалуй, блондиночка разбудила в нём азарт хищника, а тело требовало разрядки, и кто ж если не стриптизерша Линда, сможет усмирить его разбушевавшихся демонов…
Когда он садился в машину, зазвонил телефон, и включился автоответчик. После шутливого приветствия раздался голос Генки, еще одного верного друга Малого:
— Слышь, Тимоха, я девицу пас до остановки, она кому-то звякнула, щас топчется у будки. Пушку твою заберу, куклу не трону. Всё, отбой!
Тим удовлетворенно улыбнулся. Красотка и не подозревает, что за ней следом отправился его человек, а Генка молоток, настоящий профи, не засветил фэйсом. Теперь точняк можно поймать расслабон, а завтра навестить кроху и поговорить от души.
Гена тихо матюгнулся, увидев, что опоздал. Пока трещал с Малым, белобрысая прыгнула в тачку к какому-то хмырю. Сам он едва успел сориентироваться, и погнать свой джип следом, не теряя задрипанную «волгу» из виду. Бля, да если б Тим не дал знак, что с девицей надо аккуратнее, пушка уже была бы у него, ему чё, делать не хуй, мотаться по городу, изображая Шумахера?!
Михаил хмуро покосился на падчерицу, и остаток пути до дому они сидели молча. Предвкушая, как сейчас задаст блудливой взбучку, он мысленно потирал руки. Эта малолетка зарвалась, ни в грош не ставит ни мать, ни его, пора проучить соплюху.
Проучить так, чтоб надолго запомнила, что такое уважение к старшим. По-взрослому.
Златка прошмыгнула в свою комнату, предусмотрительно спрятала трофей под подушку, прикидывая, куда его девать. Хранить здесь пистолет опасно, может обнаружить Мишка, и тогда точно не отмазаться от объяснений. А говорить правду о сегодняшнем приключении ей не хотелось, и без того этот урод, сожитель мамки, вечно называет её шалавой.
Будь ее воля, давно бы уже съехала, да вот некуда. Снять жилье не на что, устроиться работать она могла только в кафе или поломойкой, но ведь это слезы, а не деньги. Была б возможность получить образование, другое дело, но разве ей вообще стоит на это рассчитывать?
Михаил возник на пороге внезапно, минут через десять. Злата сидела на кровати, пялясь в старенький ноутбук, и ничего не запоминая из того, что показывали в фильме. Мысли витали далеко, душу грызла тревога.
— Чего надо? — исподлобья взглянула девушка на отчима, который крадучись приближался.
— Чего-о… — передразнил он, поддернув треники с пузырящимися коленями. — поговорить с тобой, дурёхой. А ну, подвинься.
Она попыталась соскочить на пол, но мужчина грубо припечатал к месту, и сел так, что Златка оказалась в уголке, зажатая его грузным телом. Сердце оборвалось, когда Мишка протянул руку, и по-хозяйски облапил за грудь.
— Не пыхти, глупая, не обижу… Счас немножко воспитаю и усё, ты ж меня знаешь, я не злой.
— Руки при себе держи! — рявкнула она, садко хлестнув его по пальцам, но Михаила это не отрезвило.
Сильнее стиснув грудь, он пихнул девчонку на спину, и, кряхтя, начал елозить, пристраиваясь удобнее. Под тяжестью его килограммов Златка едва не задохнулась, отчаянно брыкалась, пинала негодяя, но он был под градусом, и боль его не пробирала.
— Тише ты, не дергайся. Чё, как маленькая, вон, сиськи какие отрастила, и попа ладная, — приговаривал Михаил, шаря по ее бедрам одной рукой, а другой норовя пролезть под джинсы, — приласкаю малёхо, чё, убудет с тебя? Зря, что ли, пол города объездил, искал тебя, сучку! Тихо, я сказал!
Последние слова он взревел так, что она чудом не оглохла, и, размахнувшись, влепил оплеуху. У Златки потемнело в глазах, она разъяренной кошкой набросилась на мерзавца, впилась зубами в запястье, и теперь взвыл уже он. Второй удар был настоящим, наотмашь по лицу, и девушка, потеряв равновесие, плюхнулась на кровать, больно стукнувшись щекой о спинку.
Она хотела крикнуть, что убьет его, но рот наполнился чем-то металлическим, противным на вкус, и она лизнула разбитую губу. Кровь стекала по подбородку, пачкая футболку, и Мишка, чуть поостыв при виде окровавленных пятен, что-то невнятно пробормотал, и приподнялся, опираясь на локоть. Злата нащупала под подушкой пистолет, в этот момент ею владела холодная решимость. Изнасиловать себя этому скоту она не позволит.