— Ты же не обижаешься? — Её щеки залились краской.- Я. Я просто боюсь.
— Мелкая.- Соколовский снисходительно улыбнулся.- Когда ты так говоришь, я чувствую себя педофилом-насильником. Всё нормально, и не нужно каждое проявление нежности считать домоганием. Идём.
***
Внедорожник остановился возле клуба, и заглушив мотор хозяин автомобиля вышел. Холодный воздух неприятно обжигал дыхательные пути, но в то же время дарил свежесть.
— Будешь тут, мелкая? — Ден глянул на неё облокотившись на дверь.
— Да, если что похожу вокруг машины. Кольцевой всё равно в клубе нет, а если я пойду то ты только задержишься.
— Хорошо, только на улице особо не гуляй. Темно уже, та и замёрзнуть можешь.- Подарив на прощание лёгкую улыбку, парень захлопнул дверь машины и направился в клуб.
Всё было как обычно после закрытия сезона, людей не много, но и не мало, около двадцати человек. Сейчас тут царила ютная, тёплая, в каком-то смысле домашняя атмосфера. Только вот временный хозяин отсутствовал.
— Где носит Гордеева? — Ден склонился над довольно высоким Артуром всем своим видом показывая раздражённость.
— Так он Жанну в больницу повёз.- Артур пожал плечами.- Передозировка у девочки.
— Чего? — У Соколовского в душе похолодело. Жанна которую он знал с детства, которую любил как сестру и которой дорожил, так глупо поступила. Что чувствует Гоша вообще страшно представить, если бы такое случилось с мелкой. Даже думать об этом Дену страшно. — И в какую больницу её повезли?
— Не знаю, позвони Гордееву, спроси.- Артур принялся обслуживать двух девушек, а Сокол уже во всю мчал к машине.
— Мелка? — Он осмотрел машину и всё вокруг, но Даши не было. Гнев и беспокойство за девушку и подругу во всю бушевало в парне.- Белова! Твою мать.
Он взялся за голову осматривая всё вокруг и случайно заметил выпавший бумажник. Ден поднял кожаное нечто и открыв застыл. Бумажник Черкасова. Эта тварь посмела похитить мелкую? Или просто забрал её поговорить? В любом случае, Ден убьёт его как только увидит.
— Алло, Ворон.- Прошипел брюнет в трубку.- Бери самых крупных парней и дуй на парковку. И огнестрел возьми. Черкасов кажется посмел взять мелкую в заложники.
Скинув вызов он до хрустов сжал пальцы в кулаки, и пнул колесо машины. Он бесился от собственной жалости и беспомощности, у него забрали самого важного человека и он нечего не может с этим сделать.
***
Павильон. Огромный какой-то склад, в которой только ящики, тусклое освещение и стул к которому привязана я. Мой пыл снова угас. Стало немного не по себе, страшно и неуютно. Что если Ден не сможет меня найти? Благо мама не в городе, они с Виктором уехали пару дней назад, хоть волноваться не будет. Дверь тут одна— большая, железное, а об окнах даже упоминания нет.
Я еще раз оглядела павильон. Ничего интересного. Запах сырости неприятно скрутил живот. А темные стены как-то нагнетали.
Я старалась думать о чем угодно хорошем, пока ждала своей участи в этом помещении. Но лишь плохие мысли болезненно терзали душу. Я представила как будет беспокоится Ден, поймет ли он вообще, что это дело рук Черкасова?
Дверь открылась с неприятным звуком, я поморщилась от него и будь возможность, закрыла бы уши, ко мне зашел высокий парень в очках и с не внушающей мне доверие улыбкой:
— Я подумал, ты хочешь пить или есть? — это все, что он сказал и в ожидании уставился на меня. Я покачала головой мысленно перебирая варианты кто это, и тут меня осенило— Алекс. Значит, меня похитили из-за Марины? Ничего не понимаю. После этого парень исчез, а я растерянно пялилась на дверь. Хотелось взять что-то и швырнуть в нее, закричать и просто что-нибудь сломать. Но вместо этого я сидела привязанная к стулу ожидая дальнейших действий.
Не думаю, что это было разумно, но есть я отказывалась. Совсем. Два дня прошли спокойно. Голод был сильным, но сила моей воли больше. Меня даже отвязывали на какое-то время и разрешали ходить по павильону, Алекс даже раскладушку поставил. На третий день я почти не соображала, не воспринимала реальности. С каждым днём я всё больше теряла надежду, что меня найдут. На сколько я далеко? Что процентов где-то в лесу, где меня и не подумают искать. Третий день был самым сложным. Тогда в моей временной «квартире» появился он.
Он зашел, хмыкнул и покачал головой:
— Глупое создание, — его голос я узнала сразу. Черкасов собственной персоной. Я подняла на него взгляд, так как снова была привязана, и медленно выдохнула.
Парень внимательно осмотрел меня и вздохнул.
— Придется тебя перевозить отсюда. Надо только дождаться ночи.- Он наклонил голову на бок всматриваясь в моё уставшее лицо.