— Да дергали ее уже, заперта, — утомленно произнес второй коп. Видно, тот, охромевший в подвале. — Уйми нервишки, а?
Дверь пнули — очередная проверка или правда нервы у копа никакущие. Двое на лестнице выдержали приличную паузу (кто этих полицейских знает, может, притаились и подслушивают?) и только потом начали спускаться.
Сэмми оказалась внизу быстрее и в нетерпении перебирала ногами: ну что там Лоу возится? Плетется, как старик, опираясь о перила и нащупывая носками кроссовок ступени.
— Мистер, чего вы?! Так до утра здесь застрянем!
Потом случилась новая проблема — Джейк не смог подтянуться к подвальному окну, раз за разом срывался. Как подменили парня. Ругаясь уже безо всякого стеснения, хотя и шепотом, Сэмми соорудила ступеньки из стульев и стола. Еще и подталкивала сначала под спину, потом под джинсовый зад. Расспрашивать и строить версии, отчего старший Лоу внезапно раскис и для чего вообще сюда рвался, было некогда, и впрямь можно провозиться до рассвета. Путь в обратном порядке — до кустов, сквозь забор, вдоль забора… Джейк постоянно спотыкался на ровном месте; к мотоциклу добрел, уже шатаясь, как пьяница к родному порогу. Тяжело оперся о сиденье и исподлобья глянул на Сэмми.
— Поведешь ты.
— Да уж поняла, — проворчала она. — А ты держись покрепче, можно и за меня, разрешаю.
— Да уж понял, — вяло передразнил ее Джейк. — Можешь… гнать. Разрешаю.
С ума сойти! Но как назло, сегодня нельзя — одиноким ревом несущегося в ночи мотоцикла точно привлечешь внимание растревоженных копов. Да еще этот свалится с сиденья на каком-нибудь повороте. Пришлось ехать аккуратно, избегая открытых магистралей, по межквартальным улицам и проулкам, поэтому до дома в яблоневом саду они добрались нескоро. Тут оказалось, что Джейк и шагу шагнуть не может. Сэмми нажала на звонок; когда домофон включился, выпалила:
— Лоу, забери брата! Он здесь, у ворот.
Хиро примчался через минуту в трениках и майке, полунатянутой на голое тело. Кинулся к обмякшему на сиденье Доберману.
— Джейк, что с тобой? Ты напился? Тебе плохо? Эй, Джейк?!
— Ему на крыше в школе поплохело, — подсказала Сэмми.
Хиро, казалось, только сейчас ее опознал:
— Коултер? А ты что здесь делаешь?
— Я его привезла, — обидевшаяся Сэмми сердито лягнула колесо мотоцикла и развернулась уйти. Услышала за спиной:
— Эй, погоди!
Оглянулась нехотя:
— Ну что еще?
Ни благодарности, ни извинений: присевший под тяжестью навалившегося на плечо брата, Хиро скомандовал:
— Помоги! Один не справлюсь.
— А где «пожалуйста»? — Сэмми подхватила Джейка с другой стороны.
— Пожалуйста, — пыхтел Хиро, — будь так любезна, не изволишь ли… что там еще? Вот, черт, тяжелый какой!
Согласна. Если поначалу старший Лоу хоть ноги переставлял, то ближе к дому попросту обвис на их плечах. Что это с ним? Приступ какой-то? Странно, Доберман всегда выглядел куда здоровее и мощнее своего брата.
— Давай на диван, — предложила Сэмми. — Ближе чем до спальни.
— Уф.
Потирая спину Сэмми со стоном выпрямилась. Взмокший Хиро хлопал старшего брата по щекам:
— Эй, Джейк! Очнись!
Тот повернулся, заслоняя лицо локтем:
— Отвали, а? Дай поспать.
Хиро «отвалил»: убрал колено с дивана и выпрямился. Услышав размеренное дыхание и впрямь заснувшего Джейка, Сэмми неуверенно сказала:
— Ну, вроде в порядке. Я пошла?
— Где, ты сказала, ему стало плохо? — спросил разглядывающий брата Хиро. — В школе?
— Ну да. Уже на крыше…
— Что?!
Сэмми чуть не треснула себя по губам: а Принц вообще знает, что случилось с его бывшей?! Поняла — знает, когда он большими шагами дошел до нее и схватил за запястье. Пальцы очень горячие, темные глаза блестят тоже как в лихорадке.
— Он полез на крышу?! Ночью? Прямо при полиции? Зачем?
Сэмми чуть автоматически не крутанула руку в сторону его большого пальца — высвободиться, вовремя себя остановила: она же девочка! Кивнула на старшего Лоу.
— Вот у него и выясни, как проснется. Самой интересно. Попросил, я провела…
Она волновала Хиро куда меньше — тут же перебил:
— И что он там делал?
Сэмми добросовестно попыталась описать поведение старшего Лоу. Это что-то ей напомнило… да полное дежавю! И реакция такая же — Хиро метнулся к дивану, затряс брата за плечи:
— Ты что творишь?! Тебе что тетя говорила, что? Не помнишь?!
Джейк издал что-то вроде стона или ворчания разбуженного пса. Повернулся лицом к спинке дивана, а к ним, соответственно, задом: вот и вся братская беседа! Бледный от бешенства Хиро стоял над ним, стиснув кулаки. Хотя Сэмми до смерти было любопытно, что такого мог натворить Доберман на крыше, и что сказала таинственная тетя, пора было убираться — ночь слишком затянулась.