Александр Ильич досконально проверял: знают ли командиры всех степеней, особенно младшие, свои непосредственные задачи, как собираются их выполнять, что предпринимают для того, чтобы достичь дели с меньшими потерями. Еще и еще раз напоминал: избегать лобовых приемов, маневрировать, не поддаваться на уловки противника.
Когда стемнело, Лизюков вернулся на свой командный пункт. Примерно через час сюда прибыл командующий 16-й армией генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский. Они встретились как старые знакомые. Командарм внимательно выслушал доклад Александра Ильича, утвердил план наступления, поинтересовался, закончат ли сооружение моста в срок.
— Да, — ответил полковник. — Все необходимое полностью заготовлено. Сборка займет два-три часа. Что касается пехоты, то для нее практически готовы два жердевых моста.
Проводив начальство, комдив завернул к саперам. Они уже приступили к проделыванию проходов в минных полях. На той стороне чувствовалось какое-то оживление. Фашисты праздновали. Слышались веселая музыка, пьяные возгласы.
Командир отделения сержант Феноменов наставлял подчиненных, как следует извлекать незнакомые для молодых бойцов противотанковые мины. Лизюков похвалил сержанта за это, расспросил о настроении личного состава.
— Если обо мне, — сказал без обиняков Феноменов, — то я считаю себя дважды счастливым человеком. Во-первых, мне довелось строить московское метро. Во-вторых, попал служить в Московскую дивизию…
— Теперь можете считать, — в тон ему пошутил полковник, — что вы счастливый трижды. Завтра двинемся на запад!
Налетел ветерок. Принес с той стороны разухабистую солдатскую песню.
— О чем горланят? — недоумевал сапер.
Прислушавшись к пьяным голосам, Александр Ильич ответил:
— Обыкновенная похабщина, ничего интересного.
— Ишь ты, как развеселились! — удивился сержант. — Ну что ж, посмотрим, какое веселье у них будет завтра…
Утром на позиции фашистов обрушился шквал огня. Едва закончилась артиллерийская подготовка, раздалось многоголосое «ура!». Части пошли в наступление.
Две линии траншей 175-й мотострелковый полк взял на одном дыхании. В третьей разрозненные группы фашистов оказали сопротивление.
— Ускорьте движение вперед! — требовал установленным сигналом комдив.
175-й полк, развивая успех, освободил деревню Новоселье. Гитлеровцы упорно цеплялись за оставшиеся целыми позиции, но вынуждены были все же откатываться на запад. Пробивая себе дорогу, наши батальоны прошли шесть километров.
В штабах противника забили тревогу. К району Мальцева, Холма спешно стали стягивать резервы. Те самые, которые врагу крайне нужны были для борьбы за Ельню. Многое менялось в его планах. Опять рушились расчеты и графики.
Не получая запрашиваемых подкреплений, топтались на месте части и соединения Гудериана. Потери, которые несли фашисты, не смог восполнить прибывший полк «Великая Германия». Немецкий «танковый бог» рвал и метал, по ему ничего не оставалось, как смириться, записать для будущих воспоминаний причину, оправдывающую в который раз снижение скорости продвижения гитлеровских войск: «Прорыв глубиной до 10 километров, осуществленный русскими на участке 23-й пехотной дивизии южнее Ельни».
— Ускорьте движение вперед! — передавали сигнал связисты в штабах частей наступающей дивизии.
— Не задерживаться на промежуточных рубежах! — требовали комбаты от командиров рот.
— Шире шаг, ребята! — кричали сержанты, подбадривая бойцов. — Равняйтесь по передним!
Несмотря на усталость, воины Московской Пролетарской дивизии продолжали гнать врага.
Командарм поздравил Лизюкова с хорошим началом. Задача помочь тем, кто ликвидировал Ельнинский выступ, решена успешно. Внезапное наступление дивизии смешало карты гитлеровцам.
К исходу 1 сентября темп продвижения наших войск замедлился. Утром следующего дня оно возобновилось. Однако с каждым шагом сопротивление нарастало.
Очень тяжелое положение возникло на правом фланге в районе Холма. 6-й полк, обескровленный потерями, принял на себя натиск свежих частей противника. Силы были слишком неравны. Именно сюда прибыл И. И. Тюпилин.
Батальонный комиссар остановил отходящих бойцов, организовал стойкую оборону на занятом рубеже. Неоднократно он поднимал поредевшие роты в контратаки. В одной из них осколок раздробил руку Тюпилину. Не обращая внимания на рану, он вновь увлек людей за собой. И тут вражеская пуля оборвала жизнь отважного комиссара.
Горечь потерь. Александр Ильич тяжело воспринимал каждую утрату. Упорно искал способы ведения боевых действий, позволявшие побеждать противника малой кровью. Вместе с командирами частей и подразделений анализировал причины успехов и неудач, требовал от подчиненных грамотно оценивать уловки врага, находить контрмеры. Под руководством Лизюкова «пролетарии» одними из первых овладели приемами борьбы с «танковыми ежами». Так назывались тогда комбинированные подразделения фашистов, в которые входили танк, минометная группа, противотанковое орудие и немного пехоты. Появляясь неожиданно то здесь, то там, они создавали видимость наступления больших сил.
Хорошие результаты давала разведка. Установив, что противник использует «танковый еж», воины дивизии не терялись: специально натренированные истребители уничтожали танк, артиллеристы метко били по минометам и пушке, пехоту добивали стрелки и автоматчики.
Не менее эффективно противодействовали они налетам фашистской авиации. По инициативе Александра Ильича была разработана методика применения залпового огня по низколетящим воздушным целям, составлена таблица величин упреждений, которую мог иметь при себе любой боец. И что же? Встречая дружный отпор, немецкие летчики не спускались здесь ниже 2 тысяч метров. А с такой высоты прицельно стрелять и бомбить нелегко.
Чем настойчивее действовали бойцы и командиры по-лизюковски, тем больше сокращались потери в батальонах, полках, тем увереннее громили они врага. В начале сентября стало известно: дивизия награждена орденом Красного Знамени. В поздравлении Военного совета Западного фронта по этому поводу говорилось: «В ожесточенных боях с германским фашизмом вы проявили героизм, мужество, беспредельную любовь к Родине и нанесли по фашистским войскам сокрушительные удары». Выражалась твердая уверенность в том, что бойцы и командиры краснознаменного соединения «будут и впредь с еще большим упорством, умением, мужеством и отвагой громить фашистские войска до полного их уничтожения».