Если они оба выживут…
…У неё самой в первой волне было три полка — самурайский Янагисавы, регулярный Оно, и, тоже самурайский Ито — последний был нагадец по происхождению, и не попал к Мацукаве, собиравшему себе в авангард все земляков, только потому, что его полк состоял из уроженцев других провинций. В целом — боевые и заслуженные части, гордые тем, что им доверен штурм Коцита и забота о любимой всей армией принцессе. Если бы только не эта её дурацкая «Воодушевляющая» речь!
…«Летающая колесница» выпустила две ракеты, взорвавшиеся над стеною, и заложила вираж, обстреливая из своих пушек невидимые отсюда цели. Копейщики уплотнили строй, проходя сквозь прореху в газовой завесе — но всё-таки недостаточно, крайние из них, кажется, даже не задели густой, как студень, туман цвета крови призраков — повалились на землю, без звука, без единого знака — совершенно неожиданно. Изоляция и правда не спасла. Что же это за гадость такая⁈ Принцесса приказала сомкнуть ряды максимально плотно — мужчины поняли правильно, и её саму и девочек-суккуб чьи-то сильные руки втянули в середину строя и не выпускали из объятий, пока не прошли опасный участок. Она даже не успела возмутиться — потому что сразу же встретилась с другой преградой.
Бомбардировка кораблей Тардеша и специальные лучи людских колесниц вывели из строя электронные системы защиты и самое новое оружие, вроде светомётов и известных на Крае Последнего рассвета разрядников. Но, осталось в рабочем и убийственно функциональном состоянии та часть систем, которая электроники не требовала — луки, ружья, пушки, пулемёты…
…Летевших впереди, двух или трёх самураев, облаками шрапнели разорвало в кровавые брызги. Остальные быстро сориентировались, разошлись в разные стороны виражами, благо трассера оживших пушек позволяли успешно избегать опасностей, но принцесса обнаружила что её, во главе строя, несёт прямо на плюющиеся свинцом звёзды пулемётов! Поздно было и поворачивать и тормозить — сейчас, на этой скорости, это требовало бы раскрыть крылья, превратившись в ещё более удобную мишень. Нет, наоборот, она прибавила скорости, сжалась, насколько могла, благо запас высоты позволял идти в пике, и, помогая даже не рулевыми, а движениями ног и корпуса, нырнула навстречу. Воздух засвистел в ушах, она крутанулась вокруг оси, выводя неподвижно закреплённую руку с нагинатой для удара. Оружие слегка дёрнулось, отозвавшись музыкальным гулом по кости, демонесса пролетела стену, заложила вираж, наконец-то широко распахнув крылья, (её армия, как часть тела, повторила маневр), и только на втором заходе, обнаружила на клинке своей алебарды чей-то скальп с волосами. Стряхнула с омерзением.
Что ж, надо было сажать меченосцев. Копейщики, снеся первым ударом летающее прикрытие, активно расчищали воздух, не давая редким Демонам Хаоса и шанса воспользоваться огнестрельным оружием, и обыгрывая в пилотаже неуклюжих химер, которых окружали, заманивали под свои же пушки, затягивали в преследовании на высоту, где лишенным «изоляции» чудовищам, просто не хватало воздуха для дыхания, и плотности атмосферы — для крыльев. Часть копейщиков, свободная от воздушного боя, переключилась на огневые точки, отвлекая их от основных сил армии, и принцесса теперь могла окинуть взглядом поле боя.
Высоченная как гора, в целый ри (три километра!), мягко светящаяся стена завершалась асимметричным грибовидным наростом, с арифметической точностью размеченным пупырчиками шляпок башен. К счастью в их бойницах не наблюдалось пулемётов. Гребень стены был достаточно широк, чтобы разместить три сотни воинов, но его выпуклая поверхность не была ровной, как половинка яйца круто закругляясь внутрь, а полого — наружу. Во множестве открывающихся створчатых люков и располагались пулемёты повстанцев, после каждой очереди, прячущиеся вглубь стены, чтобы, избегнув ответного удара, появиться вновь из другого люка.
Метеа выбрала более-менее спокойный участок, по которому прошлась самая плотная волна атаки — там было много открытых люков с убитыми повстанцами и мало сопротивления. Она дала приказ садиться — в этот момент за её спиной раздались взрывы. Она зависла на месте, оглянувшись — это самолёты людей, пробив газовую завесу, вели новые подкрепления. Мысленно переведя дух и поблагодарив за предусмотрительность, девушка сложила крылья и спрыгнула на стену. Полк последовал за ней…
…Казавшаяся шершавой холодная серая поверхность была скользкая как лёд и масло. Кадомацу поскользнулась, чуть не переломав крылья и больно ударившись коленом, и, вспоминая все ругательства, покатилась со стены, яростно цепляясь нагинатой. Под смех повстанцев из башни, она на коленях въехала пятой точкой в «кучу-малу» из меченосцев, которые, тоже не стесняясь в выражениях, оружием, доспехами, когтями, зубами, пытались удержаться на стене, но тщетно — и, этаким, матерящимся, лязгающим комком, весь полк свалился вниз, в пропасть. К счастью, они ещё не успели убрать рулевые крылья под нагрудники, поэтому никто не разбился, но стена ниже была густо напичкана пулемётными гнёздами, и из-за них на подъёме они потеряли несколько офицеров и немало солдат.