— В честном бою? После которого целые города будут напрасно ждать обратно своих сыновей, братьев и женихов? Нет, какая бы ни была честь — она не стоит горя стольких отцов и матерей…
— Но если погибнете Вы, будет горевать первый отец государства. А кто сказал, что печаль правителя принесёт счастье подданным⁈
— А разве Небесный Государь будет рад, узнав, что его дочь, сбежав на войну, струсила⁈ Разве его не огорчит мой позор, известие о том, что у меня был счастливый шанс, и что я его не использовала⁈ Что с Ним будет, если на меня будут показывать пальцем и смеяться⁈ Или проклинать за напрасно потраченные жизни⁈ Вы знаете — я никогда не отступала сама, неужели я струшу и теперь, когда предоставляется шанс сразиться одной со всей Цитаделью⁈
Сакакибара удручённо промолчал, потом окинул взглядом своих товарищей, и, наконец, проговорился:
— В свете этого, Ваше Высочество, нам приходится только сожалеть, что мы заранее поклялись не соглашаться на то предприятие. Её высочество опять продемонстрировала нам, что в ней течёт кровь истинных правителей наследства Аматерасу, и она выполняет только веления богов, а не смертных…
Метеа с шутливой благодарностью поклонилась за столь щедро-витиеватую речь, и перевела взгляд на Сакагучи:
— Господин старший хатамото что-то говорил о возможном согласии⁈ Или нет⁈
Тот молчал столь продолжительное время, что все, устав, успели переменить позу. Наконец, родил:
— Господа Наора и Уэмацу не зря уговаривали меня не присоединяться к общей клятве. Теперь я вижу, что ошибся бы, если бы их не послушал. Госпожа — я ваш телохранитель, и какой бы из горячих ли холодных ли адов вы не выбрали своей целью, мой Долг — следовать за Вами. К тому же, — чуть помедлив, добавил он, дрогнув веком на оранжевой половине лица: — может быть, участвуя во всём этом, мне успешнее удастся отговорить вас от столь рисковой авантюры⁈..
…Вот так и получился второй член команды…
…Солдаты солдатами, а без толкового инженера, вряд ли имело смысл даже и думать о диверсии в Коците. Вместе так решив, зелёноглазая принцесса и её телохранитель первым делом отправились к строителям Цитадели — людям, по дороге куда и встретили Ковая. Задержавшись из-за него, они опоздали к Стхану и застали того не совсем в одиночестве.
Сакагучи остался снаружи, присев возле дверей, а Кадомацу, пригнувшись, вошла внутрь. Она в первый раз оказалась в человеческом жилище, и её прямо-таки поразила роскошь обстановки. Несмотря на то, что жильё было временным, наследник Джаханаля не стеснялся украшать его, как только мог. Самым богатым и украшенным, конечно же, был алтарь божества — непременный атрибут этой расы, но и другие стены и углы украшали обнажённые и полуодетые статуи в украшениях, драгоценные панно и ковры с изображением чернокожего пастуха, зелёнокожего охотника, и божества в виде человекольва, которое, если она правильно помнила, было чем-то вроде семейного покровителя рода человеческих правителей. К своему удивлению, в одном из углов демонесса обнаружила статую Будды Сяка-Нерай, которому тотчас же поклонилась, как старому знакомому.
Стхан, как уже говорилось, был не один. Компанию, а вернее — пару ему составляла крепкая костью девушка с высокой белой грудью, пока ещё в форме офицера светомётчиков. «Пока ещё» — потому что, судя по тому, как она быстро прикрыла свою белую грудь одеждами, обаяние принца уже пробило последние очаги сопротивления девичьей стыдливости.
— О, Метеа-сан! — воскликнул принц Стхан таким тоном, словно приглашая её расширить компанию: — А я думал, вы сегодня не придёте. Садитесь вон там, я для вас приготовил коврик — а то, что вы стоять будете!
Сам принц был полуголый, в синих, без узора, шароварах, и могучие мускулы груди играли под бледной кожей при каждом движении. Судя по интонациям, он уже успел немного выпить в предвкушении сладостной ночи, но это не меняло дел — начальник людей долго не пьянел, и вообще умудрялся сохранять трезвую голову в любой ситуации. Метеа поблагодарила его за заботу, и села на насквозь промёрзшее в привычном для человека воздухе татами — сама виновата, не надо было опаздывать. Она завернула полы одежд под колени, чтобы было не так холодно.
— Меня тоже бесят эти низкие потолки, — Стхан был всего на голову ниже демонессы: — Даже потянуться нельзя! Да, кстати, я вас не познакомил: это Бхагавати Чандрасингх, махаратха, генерал светомётчиков. А это — Её Высочество-сан, Метеа-сан, самая-самая сорвиголова-сан, среди железных демонов.