— Понимаю, госпожа моя. Однако вас ждёт нелёгкая неделя.
— Я тоже это понимаю, мой верный хатамото… Четвёртый штурм, кто ещё заменит? Команда, тренировка… — и про себя добавила: «И враньё Тардешу…», усмехнулась и продолжила: — Я сильная, справлюсь…
Транспорт слегка тряхнуло, и верхние щелевидные окна один за другим заполнились красками яркой закатной зари на Коците — они снижались к принцу Стхану.
…Начальник человеков на этот раз был трезв и серьезен в отличие от вчерашнего. Он без улыбки кивнул гостям и молча пригласил их войти внутрь. Метеа сразу же спросила: «Ну и что⁈».
— Признаться, маршал, я уже с самого утра жалею, что дал вам слово не разглашать ваши тайны.
— В чём дело⁈ — подобралась девушка.
— Сейчас, на трезвую голову, я не вижу ничего хорошего в вашей затее. В случае неудачи мы окажемся без очень хорошего полководца.
— На счёт этого не бойтесь. Без хороших полководцев вы не останетесь. Так, ваши муки совести означают, что вы не подобрали нам инженеров⁈
— Нет, ну зачем. Бхагавати говорит, что у неё даже выбор имеется. Гопал вас проводит.
— Спасибо.
— Только… Вы знаете, что означает имя предателя? «Радость Кали». Богини убийц и мясоедов. Я бы поостерёгся доверять её поклоннику.
Дочь императора демонов улыбнулась:
— Я сама — убийца и мясоед, мой прекрасный принц. Думаю, что ваша богиня будет снисходительнее к себе подобной, и не причинит мне много зла.
Стхан проводил её печальным взглядом. Он не желал её неудачи, пытаясь отговорить от опасной идеи — просто заботился, по непременной человеческой привычке. За такое мужчин обычно награждают поцелуями — но девушка с в двести раз более горячей кровью могла подарить только улыбку…
…Гопал — возница принца, не уступающий ему в ширине плеч, но чуть более тучный и ниже на голову, темнокожий человек с быстрыми движениями и уверенной речью, повел их, как показалось, совсем не в ту сторону, но пришли к штабу светомётчиков. Совсем не там где он был по карте — намного ближе к ставке Стхана. Метеа со злостью прогнала дисциплинарные и правильные мысли об их командире — ей совсем не хотелось плохо думать об этой девушке.
Бхагавати, предупреждённая, вышла к ним навстречу, в зеркальных, приливающихся сверкающей радужной аурой, доспехах светомётчиков. С шутками и сердитыми взглядами отпустив не в меру приставучего Гопала, юная генеральша взяла демонессу под руку (эти доспехи демонический жар не пробивал), и повела показывать, что она им приготовила.
Она же показалась принцессе намного более раскованной и непосредственной, чем вчера — весело смеялась по любому поводу, могла пробежать, таща за собой крылатую гостью, только для того, чтобы показать какую-нибудь интересную мелочь, отпускала непристойные шуточки в адрес мужчин — в общем, была счастлива. И дочь императора молча молилась за неё, чтобы оказалось, что не зря эта наивная красавица передвинула свой лагерь поближе к своему принцу…
…Первый инженер был стар и опытен даже с виду. Его челюсть покрывала седая щетина, а щеку разрезал шрам. Руки двигались уверено, быстро, за время их разговора он, не глядя, полностью разобрал и собрал два светомёта! Но стоило ему приподняться, как он согнулся от боли, схватившись за поясницу. Метеа с Сакагучи переглянулись, Бхагавати развела руками — и они перешли к следующему.
…Второй был молодым тёмноволосым человеком, очень красивым даже на вкус демоницы. Он сидел на корточках и покрикивал на двух подмастерьев, что-то разбиравших в разложенном на полу ранце светомёта. Он, кивая, с масляной улыбкой, выслушал расточаемые ему начальницей похвалы, но стоило ему взяться за инструменты, как те чуть не выпали из затрясшихся пальцев, и вовремя были подхвачены подмастерьями. Бхагавати опять развела руками…
— У вас много слабых здоровьем среди инженеров, Бхагавати-тян⁈
— Это вредная и опасная работа. Вредные излучения, ядовитые газы и топливо. К тому же лучшие из кшатриев и брахманов, и даже многие шудры выбирают военное ремесло, так что опыта в изучении техники больше у тех, кто природой или злым случаем, лишен возможности послужить оружием.
— Понятно…
…У третьего был только один недостаток — ругался как тысяча демонов. Вернее «ругалась», потому что это была крупная рыжеволосая мадам, со здоровенными даже в перчатках лапами, которыми, однако, владела более чем виртуозно, скручивая в единое целое казавшиеся пылинками в её руках крохотные детали какого-то сложного аппарата, и Кадомацу с Сакагучи уже готовы были согласиться на неё, пока не увидели четвёртого…