— Он у нас первый кандидат на должность командира разведки, — подтвердил её догадки ага: — Только вот вы нас никак в бой не отправляете, и не даёте парню шанса отличиться. Прямо от сердца отрываю, ханум!
— Подойди сюда, Ирухану-сан. Ты знаешь, для какого дела ты мне понадобился⁈
Янычар, по приглашению сделал два скользящих шага вперёд и, садясь, к огорчению девушки, очень по-женственному махнул рукой:
— Ваша можэт нэ бэспакоит сэбя. Ильхан ещё никого нэ подводил, — ответил он с сильным акцентом, но на языке Края Последнего Рассвета.
«Ну что же, — подумала демонесса, — ничего удивительного». Кем ещё может быть в армии ракшасов солдат со столь длинными волосами?" — Однако сама спросила:
— Учтите, дело может обернуться так, что против нас будут не только повстанцы, но и союзники, а цели мы можем и не достигнуть. Теперь не боитесь, а?
— Зачэм так говориш, да? Ильхан ещё нэкого нэкогда не боялся! Нэ веришь, командир? Испытай! — и вскочил на ноги.
— Нет, не надо. Подойдите завтра утром к моему шатру. А пока свободны, — он чётко, как легионер призраков, кивнул и вышел прочь. Кадомацу усталым голосом спросила у Арслан-аги:
— Он «девочка» у вас, да⁈
К её удивлению старый ракшас замотал лысой головой:
— Нет, что вы! Я таким оружие не даю. Волосы, да?
— Волосы.
— Волосы, конечно шикарные, и многие цеплялись, но «девочкой» его не смог сделать никто. По-моему, сохранить такие волосы среди янычар — наилучшая рекомендация в нашем случае.
Девушка, прищурив зелёные глаза, посмотрела вслед ушедшему:
— Вы знаете, я собиралась вежливо отказать ему завтра. Но вы, похоже, меня убедили…
Так был найден девятый член их команды…
…Этого ракшаса тоже пришлось забирать с собой — какая-то вредная манера у этих мелких демонов, никакого терпения! Да, он ушел сначала, но потом, когда принцесса покидала лагерь, она вдруг обнаружила его у ворот, сидящем на своём вещмешке! Она аж ахнула — что это такое⁈ Ильхан объяснил, что его уже сегодня сняли с довольствия, и, раз ханум-паша приказала придти завтра поутру, ему придётся ночевать снаружи.
Ну, такое сестра Мамору оставить просто не могла, и, послав Сакагучи отругать начальника янычар, решительно приказала собираться и следовать за ней. Ракшас поднялся, дулом вниз — чтобы не попал снег, повесил ружьё на одно плечо, на другое — объёмистый вещмешок, и под насмешливые взгляды Хасана последовал за ними.
На такую ораву мужиков уже нужен был транспорт. К счастью, дежурная «собака» 8-го легиона должна была быть где-то неподалёку, но прежде чем они дошли до взлётной площадки, их догнал взволнованный Арслан-ага, чуть ли не подгоняемый Сакагучи.
— Ильхан-джан, ну что же с тобой делать… — вздохнул запыхавшийся ага: — Ты опять за своё!
— Я же говорил, ата, что всё будет по-моему.
— Так вы его не выгоняли? — удивилась принцесса: — Ты солгал мне?
Сакагучи чуть выдвинул меч.
— Тише! — придержала его руку девушка: — Ильхан, отвечай!
— Он сам снялся с довольствия, едва я сказал, что вам нужен солдат вроде него, Ваше Высочество.
— Подождите, Арслан-ага, я хочу услышать его ответ.
— Аллах дал мнэ меткий глаз и твердый рука, чтобы служит вам, ханум-паша. Бэз мэня вам нэ будэт удачи.
— В такой армии как наша, хороших стрелков, как ты немало. А может и лучших. Не лишек ли самомнения⁈
— Ты говоришь с принцессой! — рявкнул господин Сакагучи.
— Но вы должнэ взят меня.
— Почему? Говори по-ракшасски.
Светлокожий янычар повернул лицо к Цитадели, и отражения звезд сверкнули в его больших глазах:
— Ханум-паша говорила, что хочет победить в этой войне, потому что так пожелал её брат⁈
Принцесса вздохнула:
— И поэтому тоже… Я, наверное, негодная сестра.
Светловолосый янычар понял всё по-своему:
— Ильхан тоже считал себя негодным братом. И младший брат, и сестра Ильхана умерли на его глазах, а он был беспомощен как червяк. Ханум-паша так же…
— Что ты хочешь этим сказать? — поднял голос понимавший по-ракшасски Сакагучи.
— Ханум-паша должна быть сильной, чтобы сделать то, что обещала брату. Но Стена сильнее. Поэтому, когда Ильхан увидел эту Стену и ханум-пашу, он понял — сама Судьба говорит ему сделать так, чтобы ханум-паша победила. А вы же знаете, что грех спорить с судьбой.