— Знаешь, а тебе этот цвет не идёт.
— Ты о чём? — непонимающе спросила выдернутая из «надмирных сфер» принцесса.
— Розовый. Тебе не идёт. У тебя глаза слишком яркие. Надо было что-нибудь желтее выбрать, тогда бы в тон твоей кожи цвет одежд получился бы.
— В тон кожи⁈ Я бы тогда сидела, как голая!
— Ну и что такое⁈ Я всю жизнь голая. И что вы все находите в этой одежде⁈ Попробуй, в конце концов, быть естественной!
— Я уже выросла из этого Злата… Мы ж не змеи всё-таки. Я считаю, что страсть к раздеванию — удел тех, кто не может найти любви… и пытается её вымучить…
— А ты, думаешь, нашла?..
— Да, — рассеяно кивнула она.
— Добро. Тогда почему белый цвет?
— Это цвет смерти…
— «Цвет смерти»! Минуточку, дорогуша, ты что ли на похороны собралась⁈ Или сама помирать, милый свет⁈
— Нет, — печально прикрыв яркие глаза, покачала головой сестра погибшего принца: — Это в память о Мамору, — она махнула рукой в сторону крепости: — И я уничтожу цитадель в качестве мести за него!
— Громкие слова… — непонятным тоном ответила колдунья: — И что же ты на то такая — ничего не боишься⁈
— Не знаю, — с истинной болью ответила дочь императора: — Просто, наверное, здесь, — она прижала кулак к глубоко вздохнувшей груди, напротив сердца: — Слишком много ран… не осталось… чему бояться…
Злата подольше промолчала, потом добавила:
— Да… тебя порой и с помощью магии не поймёшь…
Ещё спустя некоторое время её подруга всё-таки решилась спросить:
— Извини… Ответь мне честно, ты можешь читать мои мысли, или нет⁈
Нага удивилась:
— Конечно, могу!.. — и, спустя паузу: — Когда ты блокировку не ставишь, — опытная обманщица, даже застигнутая врасплох, сумела выдать ту толику изумления, обиды, и оскорблённой добродетели, какая и требовалась: — Правда, ты не всегда «блокировку» делаешь.
Но наивная девушка поверила и без этих хитростей:
— Извини… Со всеми этими делами… Я забываю про тебя.
— Ничего,- змея непритворно зевнула, жалея, что у неё нет рук, чтобы прикрыть зубатую пасть: — В конце концов, это тоже интересно. Ты ложиться собираешься или нет⁈
— Нет. Я сегодня вообще не лягу.
— Да что, в самом деле! Не ела, не спала, какой из тебя боец будет?
— У нас свои обычаи. Так надо.
— Шалонья. Ладно, разбудишь меня… А-а, ладно, пёс с тобой, расслабься, не сопротивляйся, я немного поколдую…
… У Третьей принцессы было восемнадцать наборов доспехов. Из которых самые тяжелые были белые с золотым, кавалерийские, на шлеме которых красовалось золотое украшение в стиле новогодних сосен; самым легким — кольчуга, вшитая в подкладку костюма ниндзя, а самым красивым — чёрный с синью и зеленью, украшенный драгоценными каменьями доспех меченосца, на нагруднике которого рукой неизвестного мастера был талантливо скопирован известный пейзаж: «Сосны Долгого Озера возле лестницы Лхасы», в зелёно-хвойных, золотых, белых и синих красках. Хотя — этот доспех достаточно долго хранился в запасниках императорского дворца, ожидая рождения подходящей по фигуре принцессы-воительницы, так что очень вполне может быть, что она носила на себе оригинал знаменитой картины.
Ну конечно, ни тот, ни другой, ни третий Кадомацу не надела. Один она сама не хотела, другой ей не давали, третий было жалко. Для вылазки, она было выбрала лёгкий и удобный доспех лучника, с жемчужно-серой грудью и серыми рукавами и набедренниками, где чередующиеся блестящие и матовые полосы создавали удивительный эффект, но, под давлением Азер, выразившимся в трёх часах непрерывных уговоров, изменила своё решение, взяв набор с нагрудником — чёрный с зеленью, с рисунком морской травы, только что вернувшийся из починки после поединка с Братом Коваем. Этот доспех, кроме удобства и прочности имел удивительное свойство — продольные полосы рисунка делали девушку стройнее, и, что граничило с колдовством — многие говорили, что в Её Высочество, одетую в эти латы, почти невозможно прицелиться — начинало двоиться в глазах. До какой степени это было правдой или подхалимажем — неизвестно, но факт, что пока дочь императора щеголяла в этой броне, в неё ни разу не попала ни одна стрела, пуля или прочий метательный снаряд. Так что и суккубы, и Сакагучи тотчас издали дружный вздох облегчения стоило им узнать, что их хозяйка выбрала «колдовской доспех».
Под эти латы она надела тёмные штаны без рисунка, специально зауженные по обычаям ниндзя — в широких было удобнее фехтовать, особенно женщине, но и удобнее зацепиться. Легкую нижнюю куртку, белого цвета и тёплую верхнюю — цвета волос, с высоким воротом и длинным рукавом — чтобы и теплее было, и чтобы тёмная эмаль нашейника и наручных щитков не переходила резко к оранжево-желтой коже. А поверх — плащ для крыльев, чуть более бедной черноты, чем доспех, отороченный тёмно-дымчатым мехом серого нагадского песца.