— Давай мне программу отслеживания поезда. Я попробую взломать стрелку.
— Я пешком быстрее дойду до стрелки. Поставлю заряд, может, удастся их перевернуть.
— Осторожнее там, к рельсам не лезь…
Мацуко услышала их:
— Азер, Хасан — за ним, господин Сакагучи — за мной! Остальным осмотреться в ближайших зданиях!
Демоны спустились по лестнице вниз, волоча за собой уже не упиравшегося Каличарана. Даршани помахала им из стеклянного кристалла диспетчерской и уменьшила яркость ламп. Потемнело, но и демоны в доспехах стали не так заметны на фоне светлого бетона.
— Госпожа, — осмелился сказать Сакагучи: — Предателя лучше увести с перрона, мало ли какой он сигнал может подать…
Она уже не ответила — её больше интересовали Гюльдан и Ильхан, о чем-то спорящие на крыше здания:
— Что у вас там, вы, двое? — спросила она по-ракшасски
— Всё в порядке, — пожав плечиками, ответила Гюльдан: — Спорили, допрыгну ли я до потолка или нет…
— А допрыгнешь?
— А смысл, если я оттуда никого не увижу?
Раздался грохот чьего-то падения и раскатистый железный лязг, словно кроме одной тяжелой вещи, упало ещё что-то длинное и железное.
— Эй! — послышался голос Хасана: — Лестница нужна! Помогите!
Кадомацу поспешила на зов — Брат Ковай, тщательно налегая, отрывал железные лестницы у домиков, а Хасан не менее тщательно пытался их сложить в одну большую.
— Зачем это вам, вы же её не поднимете?
— Ну, Аравинда сказал — ему надо. И быстрее!
— Зачем ему лестница? Пойдём…
В темном тоннеле, где кончался свет ламп станции, отчетливо был виден серебристый скафандр Аравинды и яркие лучи его фонарей:
— Господа, вы задерживаете. Время идёт, а мне надо наверх.
— Куда? — спросила принцесса.
— Видите⁈ — он показал на перекинувшуюся через пути трубу под потолком: — Водопровод. Там вода под давлением. Если взорвать над поездом — разрежет как ножом. Только вот дотянуться бы… — он показал две готовые к установке мины.
— Азер, Афсане, — позвала Матеа: — Помогите ему.
— А вы сможете? — удивился человек.
— Бомбу прицепить? — улыбнулась Азер, забирая из его рук опасную игрушку: — Да половину детства только этим и занималась…
— Гюльдан, стой, где стоишь и прикрывай сестёр, — угадала за спиной принцесса третью суккубу: — Господин Сакагучи… — она выразительно посмотрела на глазевшего на всё действо Каличарана. Хатамото понял без слов, и грубо развернул тюремщика спиной к минным постановкам.
Мины были сложнее, чем помнила Азер и поэтому, хоть она и хвасталась, пришлось спросить совета у человеческого инженера. Белоголовая Афсане протупила подольше, они вместе взлетели, и, вскрыв кинжалами грязную фольгу и вату теплоизоляции, установили приборы на горячую трубу по обе стороны блестевших внизу рельс.
— Давайте вниз, уже едут! — крикнул снизу Аравинда. Далекий стук колёс уже отдавался в тоннеле.
— Все стрелки — на крыши! — послышалась команда хозяйки: — Все кто без доспехов — за наши спины! К тебе, Азер, тоже относится!
Стук колёс все приближался, вот уже и прожектор стал освещать стены зданий. Старшая суккуба приземлилась на крышу рядом с Гюльдан и прогнала её назад, дальше, на следующее здание — поезд был заметно тяжелее, судя по звуку, его при взрыве могло выбросить намного дальше.
Инженер что-то настраивал на своих приборах. Тонкие, еле заметные лучи потянулись от зарядов взрывчатки вниз, и сошлись на рельсах, чуть впереди трубы.
— Держитесь, тут две бомбы! Все подальше от стен и труб! Даршани, уйди из диспетчерской! — кричал Аравинда.
— Маваши, — позвала принцесса, и показала на стеклянную клетку диспетчерской, где над пультом замерла женщина людей: — Она не успеет.
Кен понял без слов и, взлетев, перекувыркнулся, и высадил шипастым плечом стекло. Даршани подняла взгляд, и не успела испугаться, как её со всеми её приборами схватили в охапку, и спустили на крыльях вниз. С приближающегося поезда застучали автоматы, прожектор высветил разлетающиеся осколки стекол вокруг доспехов демона, и Маваши убирая крылья, закрыл собой сжавшуюся под ним в клубок девушку. Взвизгнули пули, отскакивающие от брони демона-самурая. И в это момент поезд пересек световые лучи зарядов взрывчатки.
Оранжевая, цвета кожи принцессы, вспышка, расползлась огненным блином под вогнутым сводом тоннеля слева. Свет моментально погас, закрытый черным, во внезапно обрушившиеся темноте, облаком пара — только противное шипение водяных струй, ударивших сверху по путям перед локомотивом, заглушило все звуки. Чуть позже — другой взрыв, справа, осветил замерший в застывшем моменте локомотив, раскорячившийся на двух путях бортом после стрелки — и снова удар паром и шипение яростных струй. Послышались какие-то крики, влажные удары размазанных об стены тел, тяжелый удар перевернувшейся груды металла об землю, и все затихло. Только скрип волочащегося по железу железа и стихающий шум воды.