— Ну, я такая и есть. Зачем же лицемерить?
— Кто знает, кто знает. Пути Аллаха неисповедимы. В конце концов, вы путь армии проделали как воин Аллаха, вступая в бой с его именем на устах.
— Простите, ходжа, простите… я и сама не знаю добрые или злые духи меня ведут… Видать, я язычница…
— Пути Аллаха неисповедимы.
И, пятясь семенящей походкой, раскланялся, оставив девушку с её раздумьями…
…А к вечеру привезли её шатёр. К небольшому неудовольствию Кадомацу, брат отрядил на это дело господина Сакагучи — будто не было, кого выбрать из других его телохранителей! И не то, чтобы у него с Третьей Принцессой были напряжённые отношения, или скажем, он бы ей не нравился — просто он с Её Высочеством не разговаривал. Совсем. Сакагучи был каким-то боком родственником Ёсико, в прежние времена захаживал по её делам в свиту младшей принцессы, но сейчас считал дочь микадо лично ответственной за смерть жены наследника — вот и объявил ей бойкот.
Было забавно глядеть, как он одними жестами распоряжался при установке палатки, а так, как язык жестов перестаёт быть понятным, если повернуться к собеседнику спиной, (что часто приходилось делать солдатам во время работ), многие из них ощутили на себе тяжесть руки телохранителя принца.
Потом он пару раз рявкнул на коллег-ракшасов — чтобы знали дело, и, простившись с презираемой женщиной кивком головы, так же молча покинул бывшую Госпожу Тени Соснового Леса, оставив её обживаться на новом месте.
Ответственные девушки
…Наутро демонессу замучила совесть за вчерашнее. Но ей не дали спозаранку предаваться мысленному самобичеванию, а вызвали к паше.
Гонец потоптался у порога, и всё-таки набрался смелости крикнуть своё поручение, видя, что госпожа эмир не спит. Войти он не мог — внутри Мацуко установила температуру и атмосферу родной планеты, смертельную для ракшасов. Принцесса рассеяно ему кивнула, в знак того, что поняла, и засобиралась в штаб. Она думала позаниматься полётами с утра, и уже приготовилась, а тут — девушка просто нацепила доспехи поверх тренировочного кимоно, и в таком виде явилась на совет.
В доспехах там она была одна-единственная. Это ещё сказать, что она была единственным демоном и единственной женщиной — слово «выделялась» будет звучать весьма слабо. Кадомацу заметила, что опорные столбы недавно были подняты на полуторную высоту, да и вход в штабную палатку был расширен, кажется при помощи обычных ножниц. Как раз по её росту.
Азиз-паша дождался, кода соберутся все командиры (к чести Метеа, она была далеко не последней), и начал:
— В общем, так, эфенди, райская жизнь у нас кончилась. Нашу дивизию, в составе отдельной группировки, выделяют в прикрытие десанта. Дело это нелёгкое — знаем по десанту сюда, кровавое и ответственное. От нас зависит судьба всей армии. Значит так: делимся надвое — нечётные номера полков будут прикрывать ту сторону портала, чётные — эту.
У девушки-демона от радости сердце забилось чаще. Её полк-то двадцать пятый — нечётный! Значит, того и гляди — в бой!
Поднял руку молодой эмир в раззолоченной чалме:
— Какие ещё части входят в нашу группировку?
— Шайтанские лучники — одна дивизия, копейщики — тоже одна, тяжелая кавалерия — один полк.
Многие вдруг недовольно зашумели:
— Опять за наши спины!
— Оборонительная операция-то, эфенди! А шайтанские копейщики — ничто в обороне, эфенди! На что они нам, эфенди⁈
— А янычаров не будет⁈
— Мало тебе, как нас Арслан-ага при высадке здесь подставил, на кой они тебе?
— У меня просто свояк в янычарах…
— Как подставил? Я не был, расскажи!
— Ну, мы держали линию в тумане Ворот — кавалерия атакует, нас не видит, и напарывается брюхом на копья. А Арслан-ага, чтоб ему пусто было, приказал нам выйти — шакал и сын шакала!
— Зачем⁈
— Чтобы стрелять! Янычарам-то что: скинул шаровары — и невидим, и ничего не сделается, а нас, если бы не Тардеш-паша, б точно перестреляли!
— Сам бы и выходил, собака, вас-то, зачем погнал!
— Что⁈ Вай, да янычары же — они не могут стрелять иначе, чем из-за спин башибузуков, сыны собак неверных!
— Тихо! — вмешался паша: — Эфенди, для сплетен существуют базар и чайхана, здесь же — ни то не другое! — и, сбавив голос на полтона ниже, обратился к принцессе:
— Метеа-эмир-ханум, так как наша дивизия была доукомплектована до полного состава, вашему полку возвращается его первоначальный номер «26», — настроение у принцессы сразу упало.
— И, так как вы, один из немногих командиров, что прибыли на эту планету с войсками, а не на кораблях, и даже не верхом — а в пешем строю воинов, то обладаете бесценным опытом в области простых солдатских нужд! («Уже обижаться, или подождать?» — подумала девушка-демон). Поэтому, я поручаю вам самое ответственное дело — подобрать площадку для Врат! — он отвернулся куда-то в сторону: — Досточтимая чародейка, она в вашем распоряжении.