— Да. Не все из нас умеют летать, — Аравинда указал на высокую крышу.
— Неправда. У нас два человека-инженера. Да ещё влюблённых. Они могут всё, — и улыбнулась обнявшимся людям…
…Антиграв Даршани поднял облако тонкого, как пыль снега, и позволил даже Коваю с лёгкостью запрыгнуть на крышу со своим мешком на плечах. Прыгучим ракшасам тоже удалось повторить его трюк, только без оружия и одежды (на последнем настояли суккубы, все как одна — с серьезными лицами), которое за них подняли соблазнительницы. А вот детей Ману в их доспехах-«догу» пришлось на верёвочках даже и под антигравитацией. Потом принцесса вместе с ангелом подняли и антигравитатор.
Сверху открывался великолепный вид на расцвеченный огнями вокзал. Крыши над грузовой частью и навес над пассажирской даже на взгляд казались жидковатыми для ходьбы, быстро перебегая по крыше к стоявшему под парами локомотиву поезда, (пассажирский перрон был раза в три длиннее сортировочной). Впереди, подобно храмовым вратам-тории, через пути перекидывалась ажурная ферма с фонарями — принцесса отметила её себе как запасной вариант, если не получится запрыгнуть на вокзале.
Звякнул сигнал отправления.
— Готова, Даршани?
Несмотря на тревогу, пассажирский перрон был забит до отказу.
— Готова, начинаем⁈
— Начали!
Первая бомба взорвалась возле поста охраны, две следующие — на складе, четвёртая — в двери склада, пятая — на платформе, прицепленной к паровозу, потом, прогревший двигатель локомотив сдал назад, сминая останки вагонов, и медленно разгоняясь, мощно врезался в ворота, донельзя прогнувшиеся под его напором. Ещё усилие — и они звонко лопнули, разлетевшись в мелкие щепки, а локомотив, под могучий перестук колёс, исчез во тьме полярной ночи.
— Пошли, вперёд! Все, кто не летает — на эту ферму, Ковай первый, Агира тоже со всеми, остальные — в воздух! — Метеа даже не заметила, отреагировала ли охрана на поднятый ими шум, времени не было — взлетев выше уровня прожекторов, чьи лучи маскировали её лучше всяких крыш, она кинулась вдогонку отправлявшейся электричке. Сплетения проводов и решетки ферм устремились навстречу, казалось, незначительные огоньки, словно специально абсолютно все светили в глаза, она буквально чудом маневрировала в этой суматохе — надо было заходить со стороны перрона, а не отсюда. Если её боги ещё миловали, то Сакагучи, судя по звукам, налетел уже на второй провод (а ведь он мог ещё несчётное количество стерпеть и молча). Вот, она заметила краешком глаза, как Ковай спрыгнул на крышу локомотива, значит, пора и им.
«Только бы никто не потерялся…»
Турбулентный след от поезда чуть не вывихнул крылья. Принцесса с трудом выровнялась, и семафором показала остальным, с какой стороны лучше держаться (если сами не поймут, сёстры Ануш сумеют объяснить), а сама, держась буквально на одном крыле (второе попало в область низкого давления и потеряло ветер), пошла с самой трудной стороны.
Законы аэродинамики выворачивали её спиной к поезду, демонесса помогла им коротким взмахом, сложила крылья, и, обернувшись через спину, с оборота вышибла обеими ногами боковое стекло. Её со страшной силой ударило под коленные чашечки, а потом — под коленки. Хорошо, что её раса такая крепкая. Девушку со звоном стукнуло о борт локомотива, но она всё равно держалась ногами. Попробовала согнуться — ветер чуть не оборвал обе пары крыльев. Перевела дух (если это было возможно при таком ветре), и, обняв себя крыльями, демонесса подтянулась и ввалилась внутрь, на какой-то стол, укреплённый как раз под окном, с которого она и соскользнула заледеневшей бронёй, и упала больными коленями на твёрдую скамью справа.
Мимо дверного проёма пролетело что-то с раздробленной головой — Ковай уже был здесь. В другую сторону побежал какой-то человек, с тяжелым инструментом в руках — и вдруг с удивлением увидел, как у него отлетает вперёд него рука, нога, голова… и тело разваливается на части. Принцесса, вышедшая из-за его спины, сделала совершенно излишнее движение, отряхивая кровь с и без того чистого клинка, брат Ковай в последний момент отвел-таки разогнавшуюся в ударе дубину, впечатав своё оружие в стену, аккурат над головой ловко присевшей командирши.