Подошел Кошевой, отозвал гетмана в сторону:
— Радио не работает, каратели спутники сбивают — послал двух хлопцев, лётом облететь всех наших, и на словах сполох поднять.
— Молодец. Спасибо. Достань трофейные рации, посвежее.
Они вернулись к комиссару. Со всеми предосторожностями тела уже вытаскивали, первый ещё подавал признаки жизни. Призрак рассматривал бумажную карту коммуникаций:
— Остроумно, весьма остроумно. Гетман, посмотрите.
— И шо я должен понять в твоей сидхской грамоте? Нас на хуторах инженерии не учат.
— Всё равно глупо туда лезть. Если они рассчитывали что мы за ними погонимся, то только потратят время зря. И так ясно, что их цель — энергоцентраль. Вот там и подождём.
— Всё верно, пан комиссар. А дайте-ка и мне такую же карту!
— Там возьми. Мамдаг! Дай три карты товарищу гетману!
Идем на засаду
…После двадцать пятого поворота отряд принцессы сам чуть не заблудился. Пришлось останавливаться и минуты три разбирать карты, оказавшиеся не совсем точными. Они теперь перестроились ромбом — впереди люди со своими светомётами (и яркими фонарями! — что зачастую было немаловажно), потом — Гюльдан с Ильханом, справа — Сакагучи, слева — Агира, последними шли Маваши, Хасан и Афсане с братом Коваем, самим попросившимся на роль замыкающего. «Пока меня убивать будут, госпожа, вы до дома и обратно сбегать успеете». В центре — раненая Азер, которой была нужна помощь, и принцесса, крепящаяся, но уже заметно для всех всё более и более хромающая на правую ногу.
— Вам больно, госпожа? — спросил Сакагучи, когда только увидел это.
— Отвернитесь! — огрызнулась принцесса, и, чуть приостановившись, поплотнее примотала наголенник. Боль совсем не пропала, но стало легче.
— У вас, наверное, повязка под доспехами соскочила, — предположила Даршани: — Давайте сделаем привал, и поправьте по-человечески.
— Не стоит. Это всего лишь наголенник. Ерунда. Да я и не человек.
— Ну, как хотите. Только кровью не истеките тут.
— Там всего лишь шишка. Понятно?
— От шишек, кстати, холод хорошо помогает, — вставил своё слово Маваши. Все оглянулись на него и промолчали.
Азер, так и не отдохнувшая после боя, двигалась, опираясь на любезно подставленную руку Агиры. Как подозревала младшая дочь императора, этого уже одного было достаточно старой развратнице, чтобы дать фору всем остальным, но она старательно не торопилась, со всей любезностью отвечая на знаки внимания ангела. Слишком много было неловких шагов и поворотов, когда локоть или ладонь гандхарва с завидной закономерностью скользил по закованным в кольчугу телесам соблазнительницы, и неожиданных остановок, когда нога и хвостик суккубы прижимались к ногам ангела, впрочем, совсем не возражавшего против таких приставаний. Что же, несмотря на раннюю полноту, и уродующий ирокез, старшая сестра Ануш всё ещё оставалась привлекательной и интересной женщиной.
Афсане ревниво следила за этой парой. «Уж не захотела ли она опять изменить Сакагучи?» — подумала было Метеа, но потом вспомнила, что отцом ей был такой же гандхарв — и устыдилась прежних мыслей. И, правда, неудобно забыть, что подруги могут интересоваться мужчинами и движимые другими чувствами.
Хотя хатамото истолковал её взгляд совсем неожиданно:
— Возьмите, пожалуйста, — Сакагучи наклонился, протягивая руку.
— Что у вас? — она доверчиво протянула свою, коснулась пальчиками его пустой ладони — и только ахнула, когда её быстро и ловко дёрнули за локоть, подхватили под коленками и за талию — и одним движением подняли на руки. Она схватилась сначала за свой меч — потом — за крыло и наплечник хатамото.
— Поставьте меня на планету. На поверхность планеты.
— Мы сейчас не на поверхности. Вашей ноге надо отдохнуть.
— Господин Сакагучи!
Он выдохнул, и отпустил её на пол. Лёгонькая Афсане сразу же подбежала занять хозяйкино место, но суровая Азер, (которой ревнивые взгляды сестры тоже мешали кадрить ангела), цыкнула на неё и отправила из объятий любовника во тьму передового дозора.
— Я следующий, — пропыхтел рядом с Сакагучи брат Ковай. Хатамото оглянулся на монаха, тот указал взглядом на спину принцессы.
— Логично, — кивнул телохранитель: — Только Маваши не подпускай — порежется ещё.
Слышавшая всё это демонесса раздраженно дунула в чёлку. Мужчины… Маваши тоже подал голос в свою защиту…
Единая сеть тоннелей и коридоров, как показывали находимые по пути на постах очередные участки карты, простиралась намного дальше, чем говорили чертежи, и, наверно позволила бы перебираться от одной электростанции к другой, не появляясь на поверхности. Ближайшую они отмели сразу — даже самый тупой стратег ждал бы их там, и, хоть возможности повстанцев и позволяли защитить все три, не стоило идти прямиком на самую боеспособную.