«Когда идёт речь о правителях планет и их семьях, дело отнюдь не в грехах. Уж поверьте мне»
Кадомацу долго молчала в ответ, смотря в сторону и кусая тонкие губы, потом заключила:
— До чего договорились. Я ведь всего лишь хотела спросить, почему вы помогли нам со своей ваджрой. Вы ведь могли вести себя как пленник.
«А почему вы с самого начала стали доверять мне⁈ Не знаю. Может, мне просто нравятся девушки с зелёными глазами.»
— У вашей девушки зелёные глаза?
Небесный певец оставил этот вопрос без ответа.
— Извините, — поспешила Метеа: — Просто я… чувствую себя обязанной за вашу помощь, и просто в бешенстве, что не знаю, чем вас отблагодарить.
«Не стоит. Того разговора вполне достаточно в качестве оплаты. Среди гандхарвов слова ценятся выше золота»
— Да нет, вы обижаете меня. Я же всё-таки дочь императора окрестностей Аматэрасу и должна благодарить за спасение собственной жизни. И золото, которое вы не цените — и есть моя кровь, и как минимум его стоимость я вам задолжала.
«Ладно (он писал с легкой усмешкой) Я подумаю» — и сразу же добавил другой листок: «Если доживём»
— Ой, а вообще, что это я! Вы же один у нас голодный! Хоть скажите, что вы едите!
«Пища людей, ракшасов и призраков мне подходит. Только вегетарианская — без мяса и животных продуктов. Лучше всего — сладости. Спросите у людей, нужна пища, созданная вайкарьятхой…»
…Летучий корабль тряхнуло, прерывая воспоминания девушки — под ними пронеслась ремонтная дрезина. Что же, вовремя — принцесса и не заметила, как Афсане уже потянула через голову блузку. А даже с её худосочной фигурой это было чревато эксцессами.
— Замри! — скомандовала она развратнице за миг до того, как тугие шарики грудей юной суккубы готовы были вывалиться под мужские взгляды. Потом сама села на пол и своими крыльями, как ширмой, загородила всех трёх сестёр от мужских взоров.
— Спектакль окончен!..
Особенности кризисного руководства
…Гетман Зубило выбрался из крохотной кабинки лифта, разминая крылья. Бисовы призраки понаставили в теснотищу своих узких кресел — и ни сесть, ни постоять толком. И как это у железных демонов крылья сложенными не могут шевелиться. Затекают же тогда, наверное, до матюков затекают…
Подлетел Цекало — привел хлопцев, свистнул, щелкнул хвостом по земле — соблюдать порядок. Кошевой был уже внизу, о чем-то спорил с Марчантаром. Гетман чинно спустился к ним, поигрывая пальцами на эфесе шашки:
— Ну что, друже комиссар, дрезину-то нам дашь?
— Не бойтесь пан гетман, раз мы договорились — все ресурсы Коцита в вашем распоряжении.
— Ну, вот и правильно, — он упёр руки в боки и с хозяйским видом оглядел весь вокзал:
— Дак что ты намерен сделать?
— Караулить её возле каждой двери, каждой щели. В конце концов, у неё только десять бойцов.
— Це дило. Однако ж, не боишься? Хлопцев-то десять, но с оружием богато — и светомёты и ваджра.
— Так пускай. Здесь все кого видишь — смертники. Если каратели возьмут Цитадель — нам всем не жить. Республика не прощает мятежей. Поэтому мои легионеры готовы и на ваджру и на светомёт. Грудью ляжем, но перехватим её.
— Жестоко. Я, значет дрезиночку беру, лады? Мы со хлопцами по кругу Цитаделюшку объедем, ладо? Вдруг ещё где дыра, а мы не знаем, — он сделал шаг, собираясь уходить, и вдруг, остановился, словно пораженный внезапной мыслью: — Слушай, пан комиссар… а окон в стене нет?
— Окон⁈
— Понимаешь, когда за спиной крылья — демон Хаоса выразительно раскрыл свои: — То как-то туго понимаешь, почему некоторые бескрылые видят разницу между дверью, окном и дымоходом… — и улыбнулся.
Призрак невесело рассмеялся:
— Нет. Окон нет, но пара дымоходов найдётся. Спасибо что напомнил, я как-то упустил такую возможность. А вообще, если есть у неё хоть капля ума — выше крыши она подниматься не будет, радары никто не отменял, а они — не даром «железными» прозваны. Про зенитки ты сам знаешь. И я думаю, будет проблематично протолкнуть поезд в дымоход⁈
А вот этой шутке гетман не рассмеялся. Воистину, когда господь решил, кого наказать — он того лишает разума. Он проводил взглядом ушедший на посадку на крышу вертолёт и, вздохнув, перекрестился, пожелав, чтобы призрак поскорее понял. «Грузиться» — приказал он своим, и сам, взойдя на подножку, приказал трогаться…
…Марчантар долго смотрел вслед. Джаханальский вихрелёт прогрохотал над головой и ушел на посадку — призрак даже не отреагировал. Погруженный в свои мысли он даже не слышал настойчивых просьб адъютантов, умолявших его уйти с опасного места.