— Дрезина-то движется, — заметил Аравинда, видевший всё это в зеркале.
Принцесса что-то сердито пробурчала под нос, и, исправив свою ошибку, повесила яркий и горячий огонь посреди кабины. Все сразу потянулись к нему греться.
— Наконец-то! — воскликнула Азер, растирая замёрзшие пальцы.
— Не толкайтесь, — предупредила принцесса, подставляя то одну, то другую щеку живительному теплу: — Господин Сакагучи, а вы, почему в стороне? Не верю, что вам не холодно. Девочки, пустите его, в конце концов, вы можете греться и об нас!
— И почему всё-таки вы мёрзните? — улыбнулась Даршани, на миг, отвлёкшись от своих расчётов: — Вроде бы приборы в порядке…
— Я боюсь, что тут дыра где-то в корпусе, — ответила демонесса: — По ногам сильно задувает.
— А… — кивнула человек, и сама зачем-то подняла ноги на кресло: — Я тут вот посчитала маленько насчёт того, что мы наделали… Ну, имею в виду это, — она куда-то неопределённо махнула руками и объяснила: — Пушку. Так вот, расход энергии. Нет, я лучше покажу, (она повернула свой планшет экраном к ним, и включила разноцветный план Коцита) Вот, смотрите, как это должно быть по плану! — сектора один за другим серели, и вся стена становилась чёрной.
— А вот как происходит на самом деле! — два сектора окрасились серо-розовым, а один остался ярко-ярко белым: — Этот сломали мы, этот сам сломался, а это тот, где стреляет пушка.
— Ну и что пошло не по плану?
— Всё бы по плану пошло, если бы мы не забыли про одну штуку. Вот про это! — (весь восточный край стены окрасился в чёрный цвет): — Драгонарий глушит электронику! Поэтому повстанцы отключили питание пушек периметра, и пусть мы повторим всё, что сделали со всеми орудиями, отключения всей стены мы не добьемся. Это была ошибка.
— Что⁈ — дьяволица резким движением отправила шар к потолку: — Повтори… — и пока она повторяла, сидела в напряженной позе, и думала. Все смотрели на неё.
Она огромным усилием воли сохранила спокойное и бесстрастное лицо. «Нет. Ну, как же так!» — беззвучно взмолилась она: «Боги, когда я пожертвовала всем, ради Тардеша… ради его победы…»
Боги молчали, только перестук колёс повторял какие-то мантры.
Что могли требовать боги, вновь отдаляющую от неё победу после таких усилий? Крови? Кровь уже была — кровь Азер и Аравинды, и слезы Даршани. Этого мало⁈ Её собственной крови? Она была бы согласна, но не имела права — хватило ошибки на стене, ей нельзя жертвовать собой, она не одна. «О, Боги…»
Она подняла взгляд выше внимательных глаз Даршани, выше темного шлема господина Сакагучи — туда, где за прозрачным лобовым стеклом бушевала метель, скрывавшая звезды, хранящие её Тардеша.
Метель резко пропала. Звезды, как вымытые, сверкнули с темных небес.
«Насколько невозможного дела вы от меня хотите?»
Может, она и правда, слишком мало жертвовала собой, не была согласна отдать жизнь… Но как же? Здесь с ней и Азер с сестрёнками, и Сакагучи и Хасан и Аравинда с Даршани, и этот ангел, и Маваши с Коваем, и Ильхан — разве она может умереть и подвести их? «Просите чего-нибудь другого! Пусть — самого невозможного!»
Путь по большому радиусу чуть заметно изгибался, звезды двигались влево по лобовому стеклу. Миг — и их лучи попали в трещины с краю и резко вытянулись стрелами вправо — по направлению к центру крепости. Указывая на то, что было невозможно взять — как им сказал сам строитель этой крепости. На «Ледяную Клетку».
…В глазах демонов не отражается ничего кроме их собственных чувств. И там не было никакой рассеянности или сомнения — только одна упрямая решимость. Метеа заговорила много времени спустя, после того как Даршани ещё раз, как детям, разъяснила их ошибку, и гораздо менее ковкий металл, чем составлял её тело, звучал в её голосе:
— Решено. Мы идём в «Ледяную Клетку».
— Госпожа⁈ — первым среагировал Сакагучи. Как телохранитель, он подумал о риске для члена королевской семьи.
— Хозяйка⁈ — спросила Азер. Как её подруга она подумала о её здоровье и больной коленке.
— Вот так бы и сказал! Ты опять Яван! Круто! — воскликнул Хасан. Как друг, он считал обязанным поддержать её.
— Никаких обсуждений, — предупредила дочь императора: — У нас и так раненый, и нам не повторить наши трюки снова. И вообще, я всегда считала что странно — бегать кругами, когда можно ударить в центр… — она странно чувствовала себя — будто кто-то снаружи придаёт ей сил: — «Ледяная Клетка» — или ничего! Смертелен только удар в сердце!