— Сволочи… Слушай, я с тобой первую кампанию, но вижу что ты мужик настоящий, не то, что всякие там говорят. Так что ж ты стольким сукам позволил сделать карьеру на своей шее⁈
— Не мой случай, — драгонарий показал руку.
— И что тебе с этой детской раной? Вешаться?
— Если бы я мог это исправить, повесившись, или отрубив левую руку — я давно бы так и сделал… но… Терпеть почётнее…
— Девку жалко… Из-за наших игр она влипла в наше же дерьмо.
— Ты всего не знаешь. Сенат голосовал за вотум недоверия — запретить находиться при войске, а папаша её заявил Сенату, что заменит дочку, только отозвав свою армию. Сенат живо провалил вотум. Отзовёт Гайцон свою армию — плакала наша экспедиция, с одним твоим десантом нам Гудешию не замирить, да ещё и Гайцон усмирять придётся. А принцесса-то уже с опытом войны против армии, построенной по образцу Армии Республики! Что же будет, если ей вместо этих отданных ей отцом от доброты душевной огрызков дать всю их армию? Да на своей территории⁈
— Это маразм. В Сенате пусть не все, но умные головы есть. На усмирение Гайцона надо мобилизацию, это не один год подготовки — за это время все системы на Дороге Демонов отпадут…
— Не цитируй мои речи, пожалуйста… Девчонку мы спасём, это не страшно — Злата с Бэлой как раз над этим думают, а об остальном… Я, наверное, Корнолешу напишу. Хоть и стыдно — но Прибеш ведь по моей шее к нему карабкается, и дело уже касается государства… я так думаю… И ведь главное-то что! Не в ней самой дело, а в том гандхарве, что к ней привязался! А ведь знаешь, какая у нас сейчас напряженка в отношениях с Индрой! Самое умное бы было — пристрелить его ещё до разбирательств, а то сейчас… и она тоже не поймёт, и он уже герой оказывается… Как мы увязли во всём этом⁈
— Ну, ты суров, товарищ драгонарий…
— Товарищ драгонарий, данные о рекрутском наборе!
— Вот, кстати, по твоей части. Посмотришь⁈
— Пятьдесят легионов… пусть собирают с нуля, не будет им расформирования наших. Их же нельзя здесь использовать, увезут обстрелянных ребят на другой край Лимеса, и неизвестно кого привезут. Нет уж. Своих — и из армейских и из десанта, я не буду трогать в любом случае. Должно же быть в армии хоть какое-то ядро! А то и так у нас уже одни номерные, теперь ещё и «зелёные» будут…
— «Ледяной Ветер», «Стражи Коцита», «Сияющие Меченосцы» теперь свободны, с ним ещё и пяток знамён с гвардейским прошлым. Мог бы продвинуть кого-нибудь из своих протеже на командование именным.
— Нет у меня протеже… да и с этими именами по партийной линии тоже пока нечисто. Я напишу записку в Сенат, чтобы до окончания расследования передачу знамён придержали. А то будет как у меня — геройское имя, а потом вскроют факт частичной измены Родине, а не геройскую гибель… Слушай, «Смерть предателям» можешь вытащить к нам? У тебя же связи там после Бунта Банеша. Он как раз нашей специализации, да и там оба трибуна нормальные, контрразведчики, а не партийные мясники как у Прибеша…
Преданность-4
Протокол допроса
Военнопленного инородца Олеся Кошевого,
Подданного государства Апофиз (Убежище Наг)
Офицера наемного военного формирования
«Войско Трёх Сечей»
Аборигена планеты Чернобыль
По делу CLXVII-крылья
Цензоры — Амаль Вилдереаль Тардеш
И Фракас Корнуолеш
(примечание: ввиду нестандартных размеров тела заключенный содержится в переоборудованном складском помещении. Фонограмма значительно испорчена шумом наладочных работ и погрузочно-разгрузочных операций)
Претор: Обоснуйте, пожалуйста, логику подобных действий.
СВИДЕТЕЛЬ: Ладно (шум, лакуна 10 сек)… давно неладно платили. Мы ведь их добрым словом предупреждали, с мату объясняли, и всерьёз и в шутку намекали — только один платёж стрясли (шум, лакуна 13 сек)… а всё…(шум, лакуна 5 сек, 18 сек неразборчивая речь). Вот и когда эта принцесса на нас свалилась — це будто знак с Небес быв!
Квестор: Ну, вы могли бы присоединиться к ней.
СВИДЕТЕЛЬ: К ней⁈ Ха! Вин во как её отблагодарили, нашли дурней! Я хоть и сижу, да всё слышу!
Квестор: Не в вашем положении критиковать действия представителей Республики! И говорите на нашем языке, вы им владеете сносно.
Претор: Итак, решившись на захват принцессы, вы препятствовали или содействовали планам мятежников?