Он не всё это успел договорить. Маленькая принцесса раньше не выдержала:
— Нет! — её глаза наполнились слезами, и она с силой вцепилась в край стола, чтобы не сделать что-нибудь глупое: — Нет, драгонарий-сама! Не позволяйте этого! Вы — мой единственный командир, я не признаю другого!
— Тише, девочка, — призрак сделал движение — прижать её к себе, но остановилась на пол-пути: — Какая же ты всё-таки наивная. Послушай, вопрос стоит так — либо я, либо ты, а тобой жертвовать нельзя в любом случае — это плохо для обеих наших стран… Значит, должен уйти я…
Он ещё что говорил, так, успокаивал, а она твердила: «Нет, не надо!», и тысячи, сотни тысяч самых горячих слов убеждения теснились у неё в груди, готовые вырваться наружу, но принцесса старалась держать себя в руках, памятуя о словах Златы: «Здесь всё прослушивается, подружка. Держи языка за зубами, если не хочешь навредить кому-нибудь… или себе?» Или эти слова сами возникли в её голове? Но о боги, что за наказание! Слышать такое доказательство любви и не сметь ответить!
— Драгонарий-доно, — наконец, сказала она как можно более твёрдым голосом: — Мои успехи, как военачальника всецело зависели от ваших советов и поддержки. Если вас заменят, мои победы и вполовину не будут такими блистательными, как раньше…
Тардеш внимательно посмотрел на девушку. Ведь на самом деле, вне зависимости от того, что ей казалось, весь промежуток между его и этой фразой она стояла молча, не двигаясь, только бледная-бледная, как сама Смерть…
— Не бойтесь, госпожа ведьма. Вы — скоро привыкните. Так бывает со всеми. Вот как раз во избежание неудач, и несчастных случаев во время смены командования, мы и должны вместе с Вами провести предварительное планирование самым тщательным образом. Чтобы когда сменится командование, военная машина работала как часы, и не требовала даже малейшей регулировки. Смотрите. Вы ведь так и не сказали ничего насчёт идеи Златы — делать порталы «связки» на мелководье? Нет⁈ Или вот… что вы вообще думаете о нашей стратегии в связи с подобной схемой⁈ Ваши солдаты хорошо себя показывают в уличных боях, но что они станут делать, когда уличные бои станут не исключением, а правилом?
— Ваши легионы всё равно лучше, — не веря, что он может быть таким спокойным, еле-еле проговорила принцесса.
— Ну, их не хватит. То, что мы набрали — всего лишь рекруты, не легионеры. Чтобы подготовить настоящий легион, пять лет надо стараться. От таких же пока толку — как от ваших ракшасов. Разве что с автоматами.
— Кстати, давно их хотела попросить… Сложно их вооружить?
— Это по части Сената. Я запрос отправил ещё при твоём брате — мы думали об этом сразу. Но, похоже, дело застряло в комиссиях. Но если находите трофеи — вооружайтесь смело, не бойтесь. Боеприпасами обеспечим.
— Там калибр великоват — не всем подходит.
— С этим, извини, не могу ничего сделать. Выбирай подходящих по росту и тренируй. Делай элитные отряды.
— Да… элитные отряды… Нам нужны диверсанты!
— Из ракшасов?
— Нет, нам нужен десант. На крыльях. Которые не будут сражаться в строю, а будут проникать в тыл, уничтожать ключевые объекты перед наступлением.
— Ну, весь наш десант задействован в других операциях. И транспортам не пройти сквозь такую…
— Нет, вы не поняли, драгонарий-доно. Не ваш, а наш десант, — она с надеждой глянула на него: — У меня уже есть одна группа. Я немедленно начну формирование новых, и… — тут она запнулась, и все оставшиеся два часа разговора, и дальше, дальше, дольшее время держала в себе самые главные слова: «…и они будут подчиняться только Тебе…»…
Да… Она теперь понимала. Если ей, как дочери Небесного Государя мешали только законы природы, то для него, полководца могущественных армий, путь преграждала стена из строгих законов Республики.
И она не бросит его одного…
Награда за верность-4
Официальная челобитная.
Смиренного раба божьего, слуги трудового народа Маггота,
комбрига Интернациональной Бригады Бхут
товарища, Калалы Салы Бисалы
Великому Господину Товарищу Второму Архидрагонарию Республики