(Метеа быстренько вспомнила — Мидзухар в армии было трое, все участвовали в первом штурме, но один полковой командир, а не дивизионный… А другие… Один с Северных Предгорий, а другой из Старой Столицы… Оба способны на подобное… Блин, фамилия такая, будто бы под Мацукавой служит, а прорывы-то были только у неё да Томинары! Совсем позабыла диспозицию… тут она вспомнила, что карта перед её глазами и быстро нашла место, на которое указывал её начальник штаба)
— Нет, вы не поняли. Мой вопрос звучит так: имея подобные возможности с самого начала, вы специально саботировали взятие крепости, или эта идея пришла к вам в голову позднее?
Демонесса вскочила, заалев от гнева. Все конвоиры в испуге схватились за оружие.
— Как вы смеете!.. — и осеклась — вести себя так определённо не следовало.
— У вас какие-то претензии к суду, подсудимая⁈
— Саботажа никогда не было, — собравшись, отвечала девушка. Цвета её кожи постепенно менялись — с оттенков алой сливы на императорский сумаховый: — Оскорбление даже подозревать нас в подобном — разве вся кровь, что мы пролили для вас, не освобождает нас от таких нападок⁈
— Многие проливали кровь за нас, а потом предавали Республику. Мы не понаслышке знакомы с самыми разнообразными случаями коварства. Если бы их не было — не было бы и нужды в подобном суде.
— Как представитель Императорской Семьи Края Последнего Рассвета, я категорически заявляю, что не могло быть, не существует, и не будет никаких замыслов, способных нанести хоть какой-то ущерб интересам Амаля! И всякие подозрения любого из моих солдат, полководцев или наших союзников, я буду расценивать как личное оскорбления, а, следовательно — оскорбление Императорской Семьи!
(кстати, Томинара всё ещё стоял у карты, и смотрел на свою принцессу… но как смотрел!)
Судьи посовещались
— Суд приносит извинения Правящему Дому планеты Край Последнего рассвета в лице принцессы Явара, маршала Метеа республиканских сил. Конечно же, верность вашей страны и народа союзническому долгу не подлежит сомнению. Мы постараемся больше не допускать подобных инсинуаций.
Метеа с вызовом глянула на третьего судью и вернулась на своё место. И тотчас ей в спину раздалось:
— Подсудимой тоже стоит держать себя в руках. Из-за её собственной чрезмерной гордыни, не давшей, как следует, провести следствие, суду приходится довольствоваться весьма сомнительными материалами, что и приводит подчас к фатальным ошибкам.
Кадомацу довольно резко села на своё место, и как-то мимо её лица промелькнули напряженные пальцы Гюльдан. «Спокойно» — попросила она подругу.
— Нас прервали. Ладно, перефразируем так: Вариант с диверсией был задуман изначально, и вы только задерживали взятие, ожидая удачного момента, и всё-таки…
Томинара даже всхлипнул носом (отчего-то это отчётливо расслышалось), и открыл рот, защищаться от клеветы, но тут вмешался…
— Как Цензор данного процесса, я запрещаю продолжать эту линию и отзываю свидетеля! — САМ ТАРДЕШ! Голос драгонария звучал спокойно, но во всей его позе чувствовалось напряжение: — Подобная настойчивость позорит и Республику, и Сенат, товарищ по партии сенатор. Прекратите нападки на генерала. В конце концов, он жертвует своей жизнью на чужой войне, выкупая свободу и независимость своей родины. Так имейте же уважение — вам подобное совершить вряд ли когда представится возможным.
Томинара сел, а Кадомацу… Мацуко во все глаза смотрела на Тардеша. Вот такой он — самый замечательный мужчина на свете, и что удивительного в том, что она в него влюбилась! Девушка старалась, чтобы истинные чувства не отражались на её лице, но разве уследишь тут за всем! Сакагучи успел поймать её за плечо — попытка достойная, но непосильная для смертных.
Суд уже вызвал второго свидетеля, по-видимому, и её саму — она не помнила, отвечала или нет — повинуясь внезапно нахлынувшему моменту, она всё смотрела и смотрела в его сторону! А он слушал суд, временами что-то писал, или разговаривал на ухо с соседями. Вот что-то сейчас Злата склонилась к его уху, он повернулся и кивнул… ЕЙ! — и…
— Много пропустил⁈ — осведомился Бэла, усевшись на своё место.
Что не удавалось всему суду и её эскорту, с лёгкостью удалось одному грубияну!..