Вызвали Сидзуку:
— Как командующему северным направлением, вам было поручено изыскать пути подземного проникновения в крепость. Входили ли в ваши обязанности организация подготовки операции… — судья запнулся, и сказал по-другому: — Это было сделано в порядке подготовки к операции маршала Метеа?
— Нет, — твёрдо ответил генерал: — Тогда об этом и речи не было. Я должен был искать пути проникновения для армии. Я их не нашел.
— Да, но ваша командующая проникла в Коцит всё-таки с вашего направления. Так неужели там не производилось каких-нибудь подготовительных работ? Извините, но в это не верится. Вы, командующий фронтом, и не знаете.
— Я знал всё, что мне полагалось. Это была большая честь, что Её Высочество, избрала мою ставку в качестве исходного пункта для своей операции. Но, моей заслуги в том нет — одна лишь благосклонность богов, выразившаяся в том, что в мой штаб пришел перебежчик, и с моей стороны был открытый им тайный ход.
— Зря он это про «богов» загнул. Сейчас прицепятся и ещё шпионаж примотают, — заметил Бэла.
— А мне кажется, что судьи начали с какой-то глупости.
— Они пытаются всё представить так, будто ты… ой, простите, «вы»…
— Ничего.
— … вы будто задумали этот трюк с диверсией с самого начала, а до этого — просто валяли дурочку.
— «Валяла дурочку»⁈ — холодно осведомилась принцесса.
— Ну да… то есть как бы то… по-вашему… «тянула резину», «тянула время», «водила за нос»… Только я не пойму, какая им от этого выгода…
— Глупо-то как. Как я могла задумать это заранее, если не было Каличарана⁈
— Вот вы им это и скажите… Э-эй, вы что, я пошутил!
А Метеа не шутила. Она опять решительно поднялась со своего места и, подойдя к Сидзуке, оттуда обратилась к судьям («К порядку, к порядку!» — требовал один, зачем-то стуча молоточком по столу):
— Уважаемый суд, разрешите сделать заявление по данному вопросу.
— Подсудимая, подобные выходки могут считать равным неуважению к суду! Оскорблению Сената!
— И всё-таки, позвольте сказать. Насколько я вижу, вы пытаетесь узнать, не планировала ли я с самого начала такой разворот событий так?
— Да, примерно.
— Могу сразу вам заявить со всей ответственностью — нет. Эта мысль возникла у меня только на второй день после появления перебежчика. И, признаться, сама решилась участвовать в этом только после того, как господин драгонарий, категорически запретил мне даже думать об этом.
— Значит, вы признаётесь в том, что вы нарушили приказ?
— Я этого никогда не отрицала.
— Что ж… суд удовлетворён показаниями маршала… Вопросы снимаются. Пройдите на место.
И кто-то из судей, сказал тихо-тихо: «Честное слово, она мне начинает нравиться». Метеа резко обернулась: вот только кто⁈ По голосу она не узнала.
Первые вопросы
Злата что-то шепнула на ухо Тардешу, и тот начал поспешно приводить себя в порядок.
— Суд вызывает для дачи показаний товарища Почётного Сенатора, Второго Архидрагонария Республики, Амаля Вилдереаля Тардеша!
Кадомацу, кстати, впервые услышавшая его имя, в удивлении распахнула глаза (совсем не подозревая, как это украсило её лицо) — воистину, великую судьбу предрекали родители своему сыну, давая ему ТАКОЕ имя.
— Товарищ драгонарий, были ли у флота другие средства, пригодные для взятия крепости Коцит⁈
— Стратегический термоядерный боезапас, орудия главного калибра, магия полковника Новак. В конце концов, можно было уничтожить всю планету, и решить вопрос кардинальным способом, но стратегической целью операции был захват. Лично я думаю, что в результате осады и блокады планеты, крепость бы тоже, в конце концов, пала, но самовольные действия маршала Метеа заметно ускорили этот процесс.
— То есть, теперь вы её не осуждаете?..
— Вы же видите, какой результат⁈ И, в конце концов, я думаю, «осуждать» — это вообще-то ваша работа.
— Вами для подкупа было запрошено два казначейских корабля с грузом золота! Где они⁈
— Поищите по обочинам Восточной Дороги у первых ворот Коцита. Где-то там валяются.
— Что?
— Повстанцы их уничтожили при заходе на посадку, что осталось, во время штурма — мы сами разбили, чтобы устранить ориентиры для артиллеристов мятежников. Отчёт был предоставлен в исключительной форме, товарищ судья. Если бы вы с ним ознакомились, не было бы таких вопросов.
— Извините, товарищ драгонарий, не хватило времени. Итак, следующий вопрос: как вы оцениваете с профессиональной точки зрения операцию Маршала Явары?
— Маршала Метеа. Хм… с профессиональной — вполне успешной. Она достигла поставленных целей, и никого не потеряла. Насколько помню, в её группе было всего двое раненых, да и то, в достаточной степени — легко.