— Имел подсудимый возможность сбежать?
— Разумеется. Он мог сдать нас во время любого передвижения транспортной капсулой. И он ни разу не использовал этот шанс.
— Насколько правильно подсудимый выполнил инженерные работы? Насколько профессионально?
— Очень профессионально. Наш инженер был в сознании и контролировал его, и похвалил после завершения.
— То есть, вы могли бы сказать, что он прежде мог иметь опыт обращения с орудийными системами и системами наведения?
— Нет, не мог бы. Это вне моей компетенции.
— Но всё же? Понимаете, это тогда очень расходится с показаниями подсудимого, что он был всего лишь инженером-двигателистом на гражданском судне…
— Это вне моей компетенции.
— Давайте спросим консультанта: насколько профессионально выполнена диверсия?
— В высшей степени. Можно даже сказать — гениально. По сей момент, удалось восстановить только аварийно-предохранительную систему. Системы наводки и фокусировки потребуют ремонта в течение года, а системы охлаждения вообще ремонту не подлежат — заказаны новые, с Джаханаля.
— Хм, а вы не думаете, что это был дьявольски хитрый план по ослаблению обороноспособности Республики? Уже зная, что крепость падёт специально вывести из строя важные узлы обороны…
— Тогда судите меня! — выругался консультант: — Потому что это я разработал план, как вывести из строя эти «важные узлы обороны»!
— Простите, господин судья, — подал голос Сакагучи: — Но если самурай приносит в дар своему господину иззубренный меч врага, то это не значит, что он хочет, чтобы меч сломался в бою. Это значит, что враг побеждён, и выпустил оружие из рук,- хатамото выдержал хорошую паузу: — А теперь, господин судья, позвольте мне вернуться на своё место и продолжить свои прямые обязанности.
Судьи не возражали. Телохранитель с самым достойным видом прошел через пол-зала к своей принцессе и занял место по левую руку от неё.
— А ты крут, — шепнула ему дочь императора: — Я давно отвыкла от таких оборотов.
— Госпожа, может из-за того, что вы и в речи опускались до слов, уместных лишь плебеям, вы и оказались в руках столь недостойных лжецов?
— Перестань. Лучше дай Афсане тебя поздравить.
Та уже изо всех сил тянула к себе своего возлюбленного за пояс, красиво откидываясь назад. Её высочество уже изготовилась прикрыть их собственным крылом, если вдруг будут целоваться (даже щелкнула ключицами), но господин Сакагучи не довёл до этого — лишь позволил суккубе обнять себя сзади, да и то ненадолго.
Агиру же вновь протащили в его клетке.
— Подсудимый, правда ли что когда ваша группа попала в засаду, вы действовали в одиночку?
— Был приказ «врассыпную» Я думаю, это и значит — действовать в одиночку.
— То есть вы подтверждаете, что некоторое время находились вне поля зрения командира и сопровождающих лиц? А где гарантия, что вы не вступили в сговор со враждебными силами⁈
Принцесса вскочила:
— Ну, знаете! К тому времени уже все в Коците играли в «Царя Горы» — каждый сам за себя! Там самих повстанцев и близко не было — одни наёмники! С кем там можно было вступить в сговор⁈
— Суд неудовлетворён.
— А чего ещё мне вам доказывать! У вас же был свидетель, из числа наёмников, вы видели, насколько можно ему доверять. Какой же разведке нужен наёмник, готовый за звонкую монету душу продать?
— Ну, это малодоказательно. У нас есть сведения, что в результате ваших действий уничтожения наёмниками избегла 13-я отдельная рота революционного гарнизона крепости Коцит, ставшая впоследствии ядром террористического подполья, ответственного за все последние кровавые преступления на территории Цитадели! Как вы это прокомментируете?
Принцесса выдохнула сквозь зубы:
— Вообще-то мы сами о себе заботились. Наша боевая задача состояла в проникновении в узел управления крепостью, а не в зачистке территории от гарнизона силами 12-ти бойцов! Двенадцати! Что вы за идиотские обвинения выдумываете?
Судьи переглянулись, бросая взгляды на телепатов. Наконец, самый старший сказал:
— Думаю, суду пока достаточно показаний подсудимого Агиры. Но для уточнения некоторых вопросов, возникших на этой стадии процесса, мы думаем, стоит вновь официально вызвать подсудимую маршала Явара.
Метеа встала, перекладывая крылья, и подошла к месту отвечающего чуть быстрее, чем хотела — ей пришлось ждать, когда докатят клетку и закончат шумную процедуру её фиксации. Ангел изнутри ей ободряюще улыбнулся.