— Ну, мы и не смогли. Основной десант штурмует снаружи.
— А, значит, ребята ещё держатся…
— Вот он вот он! — подал голос шибдзик: — Директор!
— И не директор вовсе я, — лениво заговорил очкастый толстяк в сползающем с лысины парике: — Такой же секретарь, как и он! И вообще, он вам не тех показывает.
— Какой интересный у вас директор. Заводит сразу двух секретарей.
— Ну, он — секретарь-референт, а я — секретарь-уборщик.
— Да что вы такое говорите, товарищ директор! Они же вас убьют, а вы нужны заводу!
— А ну-ка, — приказала диверсантка: — Притащите и того, кто был «главный технолог».
Небритый мужчина в комбинезоне смотрел на девушку нагло, вскинув голову и выпячивая подбородок.
— Итак, вы тут главный технолог?
— Нет, слесарь-гинеколог.
— Какая интересная специальность. И чем занимается слесарь-гинеколог?
— Бабам трубы вставляет. Показать куда⁈
У шибдзика на эту речь начался настоящий приступ паники:
— Да что вы их сердите, товарищи? Вы же всех нас под монастырь подводите! Наша хата с краю, пусть военных убивают, мы жили при Амале, жили после, и почему не жить дальше?
— В самом деле, — усмехнулась демонесса, открывая забрало: — Давайте, я вам предложу такую вещь: — Вы соглашаетесь на сотрудничество, а потом я хлопочу за вас перед драгонарием, и призраками — что вы содействовали. Вас исключат из проскрипционных списков, даже если будет повод — моё слово выше.
— Эх… вздохнул директор, поправляя парик: — Ладно, только вы скажите — это уже настоящий штурм, или так, вылазка? И революционеры вернутся?
— Моей группе поручено вывести из строя железную дорогу, и разрушить оборонительные сооружения. Основные силы десанта захватывают завод, и думаю, к концу дня все мятежники будут перебиты. Сегодня началось наступление на северном фланге, и взятие города — вопрос двух дней не больше…
— От нас до линии фронта ещё не ближний свет. Ваш северный — это наш южный? — спросил технолог: — То есть десант захватит, и будет удерживать завод? Два дня, вы сказали?
— Я с вами абсолютно честна.
— Что вы просите за нашу жизнь?
— План обороны завода и любые военные сведения. Надеюсь, вы не будете жадничать⁈..
Принцесса включила свой планшет и села перед разбитым окном, сравнивая то, что видит со словами и бумагами, выданными директором.
— Всё-таки, что же это за лишнее здание? — показала она на зиккурат с башенками.
— Директор же говорил про атомный ректор. Наверное, он там и есть.
— А пленный — про сборочный цех.
— В принципе, — сказал Фархад: — Одно другому не мешает.
— Так пошли, проверим? — предложил Маваши.
— Тихо ты! Они туда все силы стянули. Давайте так: на станцию дороги мы не пойдём, мы её вывести из строя ничем не можем, надо легион ждать. А пойдём вот на эту подстанцию, лишим их электричества… Потом закрепимся, и дождёмся легионеров.
— Как прикажете, Ваше Высочество.
— Центурион, закрепитесь тут. У вас теперь и пулемёт и светомёты. Если сможете, то можете и до зданий завода выдвинуться.
— Кстати, — пискнула Афсане, меняя тетиву на своём красиво изогнутом луке (босой ножкой она удерживала один рог, а обеими ручками — натягивала другой, держа конец тетивы в зубах): — На крышу заводов ничего не поставить. Она хлипкая как картон — даже под нами проваливается.
Все остановились и посмотрели на неё.
— А что? Верно ведь говорю, скажи, Азер!
…Подстанцию поломали без проблем. Повстанцы как это нередко было у них в тылах, опять перемудрили с охраной и сняли с охраны ключевого узла сети всех солдат. Когда на всём заводе отключилось электричество, несколько автоматчиков появилось в дальнем конце местной узкоколейки, но, сделав пару робких выстрелов, поспешили убежать. Погнавшись за ними, в темноте и под дождём, диверсанты обнаружили ещё одну проходную, у железной дороги, охраняемую двумя дотами, которые, впрочем, просто ничего не успели сделать, развернутые в противоположную сторону — сначала суккубы через неосторожно распахнутые двери перестреляли всех, кого увидели, а потом внутрь ворвались демоны. Несколько ударов меча — и всё было кончено. Окровавленные победители, отчищая оружие и доспехи, собрались на крыше одного из дотов:
— Опасно, Ваше Высочество. Может лучше под крышей? — с крыши было отлично видно широкое шоссе, и сплетение железнодорожных путей, выходивших из завода. Здания за заводскими стенами были ниже заводской стены, и вряд ли кто оттуда мог угрожать.