— У нас полноценное господство на орбите. Найдём.
Злата скорчила недовольную мину:
— Только, пожалуйста, давайте каждый раз будем составлять точный план операции. А то командиры вечно ждут каких-то неожиданных откровений и дергают приданных магов туда-сюда. А некоторые заклинания ведь не в один миг произносятся. А некоторые — и отменять чревато. А то опять начнёте на меня жаловаться, что от нас никакого толку…
— Тише, ты, страдалица. Всё составим.
— Итак, вводная: есть основания полагать, что повстанцы готовят эвакуацию наземных сил и населения планеты. Есть многие признаки, свидетельствующие о перемещении крупных сил и перевозке больших объёмов грузов, не связанных с боевыми действиями. Возможно, они создают склады боеприпасов, оружия, провизии. Есть ли какие идеи?
— Возможно они так же производят эвакуацию самих производств?
— Интересная идея…
— Шахты и скважины не эвакуируются. Это зацепка, — ткнул пальцем в горнодобывающие районы принц Стхан.
— Слишком рискованно, паны генералы. Они не могут постоянно держать связки — мы противодействуем этому. Они это знают и не идиоты, чтобы рисковать. Мы уже не один раз схлопывали их вместе с содержимым. Масса не соответствует промышленному оборудованию. Да и живых душ мало для боевых подразделений. А на кораблях прорывать вашу блокаду, друг-драгонарий, думаю, безнадёжное дело — завод без станков никому не нужен.
— Нет, пани Злата. Завод можно собрать и из частей. Кирпичи — вещь во вселенной нередкая.
— Так что, вы не отрицаете возможность эвакуации производств?
— Вполне возможно, тем более что они занялись атомным оружием. Повстанцы, в отличие от нас, собираются жить на своих планетах — поэтому бомбить свой дом бы не стали. А взорвать производство, но оставить население — значит, подписать им ссылку на тюремные планеты, потому что пропадает единственный стимул Сената сохранять им жизнь и свободу.
— Вы передёргиваете, принц.
— А разве не так? Сколько «бесхозного» народу ушло по этапу в лагеря? И большинство из них — люди. Джаханаль всё ещё остаётся столицей людей Республики, и я обязан…
— Прекратите пикировку! И вообще, может, стоит обсуждать на уровне штабов, чтобы наши личные предпочтения не влияли на объективность суждений?
— Насчёт того, что они «берегут население», — заступилась перед человеком за подругу и любимого Мацуко: — На заводе, который мы сегодня взяли, была система самоуничтожения, которую повстанцы, не моргнув глазом, активировали. Не очень-то безопасная для населения тактика.
Стхан сжал челюсти и отвел глаза.
Слово взял Хиро:
— А это объясняет, почему они не держат сплошной фронт. Вот направления наших ударов, вот их позиции. Вот завод Явары-сяоцзе, а вот — ещё одно абсолютно подобное производство. Экстраполируя, можно предположить их вот здесь и здесь. Сценарий очень напоминает «ловушку Тыгрынкээва», которую, думаю, вы все вспомнили.
— Странно. Какова суммарная мощность этих зарядов? — Тардеш произвел вычисления в уме: — Одновременный взрыв такого количества бомб расколет планету на части! Это основы геофизики!
— Ну не всё же нам быть злодеями…
— А зачем им взрывать одновременно? Мы же не по всем фронтам наступаем. А зоны разрушений и радиоактивного заражения вполне могут дополнить их систему укрепрайонов.
— После такой нагрузки на тектонику весь материк десятки лет будут трясти землетрясения.
— Может, так и задумано.
— Вы видели землетрясение? Я видела. Это не развлечение — устраивать такое для себя.
— Это было бы жестоко даже для нас. И очень глупо.
— Я схожу в рейды по точкам Хиро… то есть товарища Юйвея, постараюсь развеять наши подозрения, и привести заряды или реакторы в негодность, если найду.
— Только не лично. Найдите других офицеров.
— Разумеется, — зеленоглазая принцесса улыбнулась: — Назначайте дату совместного заседания штабов. Я сегодня передам.
— Завтра, к восьми. Успеете?
— Разумеется, — повторила девушка опять: — Хиро, останься с господином драгонарием. Позвольте вас покинуть, у меня ещё одно заседание скоро…
«Идите…» — это ей послышалось, или Тардеш на самом деле сказал?
…- Госпожа, вы задержались. Не забывайте, вам надо выспаться перед вечерним заседанием, — эта страсть к нравоучениям у Сакагучи, наверное, даже в могиле не пропадёт.
— Что-то вы стали чересчур разговорчивы, господин Сакагучи⁈ — и вдруг неожиданно для себя очень откровенно зевнула: — Ладно, забудь… Найди мне карты Юго-Западного фронта в моём бардаке. Надо совсем немного поработать, пока не забыла…