С силою остановив рвущегося в бой Глупыша, Метеа подозвала Ильхана, и показала на неповоротливые цистерны с горючим:
— Видишь⁈ Взорвите! — и сразу же дала шпоры коню. Первый взрыв прозвучал, когда она вновь прыгала на «связку».
Странно, что повстанцы тащили с собой так много топлива — даже проехав весь полуостров, обоз бы столько не истратил. Зато теперь беженцы точно развернутся и вручат свои жизни Тардешу.
Следующими они напоролись на какую-то канцелярию и оркестр — так и не поняли, военные были, или просто ещё очередные беженцы. Демоны хотели их проехать, но музыканты сами первыми взялись за оружие — и конец был быстр, только долго летели над ночным лесом расстроенные ноты разбитых инструментов. Мацуко пожалела, что сейчас нет связи с остальными дивизиями, повторяющими её рейд по всем фронту — но иначе бы терялась вся внезапность… Только вот, сколько сейчас невинных гибнет из-за таких же глупостей⁈..
А потом они вышли на настоящее сокровище — залитый светом прожекторов секретный склад горючего, где заправлялись две дивизии колесниц. Атака! Участок леса, размером с город, взлетел на воздух.
…жаль, не все молодые кони успели уйти на «связку» — их всадники погибли. Надо учить Небесных Коней бояться взрывов.
…- Госпожа, от полков Ямагавы и Каваямы осталось не больше взвода!
Хорошие фамилии — усмехнулась про себя принцесса. Так и представляются два брата-близнеца, один из которых ходит вверх тормашками. Вообще-то, наименее подходящее к ним определение — один толстяк, другой худой старик.
— Я же предупреждала — больше занятий с молодыми конями, даже Небесными. И не задерживаться на рубке. Ничего, это хорошие командиры, они справятся — продолжаем погоню, — да конечно, потеря почти двух полков тяжелой кавалерии могла повлиять на весь, план, но это уже «потом». Сейчас решала скорость, а не потери…
Прыжок-туман-прыжок-нормальный мир, враги, сражение, нет, даже — резня… В ночи и без того трудно увидеть врага, а ещё и на волшебных скакунах… Так они и не привыкли к Небесным Коням — Амаль использовал их редко, по словам Тардеша даже в Академии тактику против них преподавали только инородцам. Офицерам Республики вменялось уничтожать такие подразделения с помощью космических средств поражения, и даже командиры туземных частей не много знали об этом роде войск. Лишь необходимый минимум.
А ведь Небесные Кони — одни из самых невероятных созданий во Вселенной. Кадомацу сама не жаловала кавалерию — отчасти из-за смерти брата по вине коня, который сейчас нёс её. Но, глядя сейчас, как прекрасная в бою и на скаку эта раса — да, именно, разумная раса, а не звери — она понимала всю любовь к ним погибшего Мамору… Он и сам, наверное, не желал меньшего, чем погибнуть от такого коня. Они заранее чувствовали страх и опасность, спасали своих седоков надёжнее любой брони, предчувствовали полёт снарядов, пуль, стрел — и, что стало давней истиной — ни один Небесный конь никогда не погибал ни от какой стрелы — будь это пуля из автомата призрака или громовая стрела ангельской ваджры. Воистину, ради таких коней даже самые гордые императоры шли на поклон к Индре, готовясь в уплату отдать хоть всё царство ради небесных скакунов… и, говорили даже, что это вовсе никакие не кони, а сосланные за какие-то проступки в конскую шкуру небожители — ибо мало кто видел жеребят и табуны на свободе…
…Авангард отступающих они встретили уж совсем неожиданно — на самих Небесных Путях. Несчастные, оказавшиеся запертыми навсегда посреди межмировых туманов, тем не менее, лицом встретили смерть. Но бой всё равно был мимолётным, как удар вихря — самураи не даровали пощады обречённым на смерть, а те и сами её не просили. Кто-то ещё бравировал, жонглируя отрубленной головой на конце пики — и вот с такими атрибутами они и выскочили на основные силы, растянувшиеся на марше…
…Метеа на Глупыше приземлилась прямо на гладкую башню боевой колесницы. Понадобилось всё мастерство всадницы, чтобы удержаться в седле внезапно потерявшего равновесие коня. Наконец он толкнулся копытами, выровнялся, и… прыгнул на башню следующей! Хозяйка уже хотела как следует ему врезать шпорами в мягкие бока — за глупость, но тут краем глаза увидела вскинутое ружье и еле успела дотянуться до стрелка кончиком «Воротного Столба». А потом они врезались в такую гущу рубки, что о чудачествах коня пришлось забыть, и надолго.