— Нас бы не посчитали за отделяемый заряд этой бомбы, — заметила сама принцесса: — Нарвёмся на сторожевые ракеты ещё лучше, чем если бы в открытую летели.
— Положитесь на мастера, — похлопал себя по груди лётчик: — И комар носа не подточит. Я вас так посажу — закачаетесь!
— Нет, спасибо, за сегодня мы накачались уже достаточно, — и, отстегнув ремни, осторожно потрогала пришибленную ключицу.
— Синяк будет, — всхлипнула Афсане, разглядывая следы от ремней на своём теле.
— Ничего, переживём, — кинула ей принцесса, которой досталось куда больнее, (её одежда была легче): — Пилот, сколько у нас времени?
— Минуты три, а, наверное, и меньше. Скоро болтанка пойдёт, побыстрей пристёгивайтесь.
— Ладно. Так, всем — проверить доспехи, оружие, аппаратуру. Быстро! И — пристегнуться. Кен, пусть тебе помогут, ты занимаешься только своими доспехами. Девочки, возьмите у всех аппаратуру, проверьте, пусть остальные вам оружие и броню осмотрят.
Спускаться на планету в полной боевой было бы, конечно, полнейшей глупостью. Так никто не делал — перегрузки запросто могли превратить латника в краба, или изменить натяжение ответственных пружин в механизме оружия. Подобную роскошь могли позволить себе только люди, чьи доспехи оборудовались противоперегрузочными устройствами, а все остальные надевали латы и собирали оружие уже на подходе к цели. Патроны, например, до посадки хранили в туго завёрнутых канистрах со специальной жидкостью — иначе, пули могли выскочить из гильз, или ещё хуже — уплотнить порох, и он становился намного более мощным, чем рассчитывалось оружие. А доспех Маваши вообще был опаснее летящей перед ними бомбы.
Мацуко сама взялась проверять оружие Кена. Тем более что с её снаряжением проблем не возникало — учитывая, что придётся дня три шататься по лесу, она взяла достаточно лёгкий доспех лучника, из числа новых, что прислал отец на её день рожденья. Доспех был черного, (вернее, тёмно-темно серого, как бы матового цвета), с её эмблемами — сосновыми ветками, нарисованными поперёк, а не вдоль. Ну, это уже стало армейской модою — после того, как прокатился слух об удивительных свойствах её «колдовского доспеха», (того, с рисунком водорослей), и командиры, и солдаты её армии, становились всё более «тигрополосатыми». Злата над этим смеялась.
— Быстрее! — предупредил пилот: — Атмосфера!
Абрис летящей впереди бомбы очертился малиново-ярким свечением, постепенно переходящим в оранжевый, желтый, белый, бело-синий… То же пламя перекинулось и на их корабль, обзор, особенно в боковые стёкла, закрыли языки пламени, похожие на космы безумного монаха. Все как можно быстрее запихали снаряжение в тюки и закрепили их в багажные ниши, сами, поспешив занять кресла.
Огонь бушевал и бушевал до такой степени, что породил звук — звук свиста рассекаемой атмосферы, звук рёва, огненного голода, которому уже мало было внешней оболочки… Спереди раздался негромкий щелчок — звук словно бы распахнутых крыл, наполняемых ветром парусов — с бомбы перед ними слетели лепестки той самой оболочки, и пронеслись мимо. Раздался громкий удар — это с них тоже, огненным кольцом разлетелись останки первой защиты. Пламя на миг исчезло опять, а потом начало разгораться с новой силой — каждой оболочки хватало до счёта «8», и всего их было пять.
Небо стремительно светлело, гася звёзды, которым хватало яркости пробиться сквозь пламенные объятия атмосферы Диззамаля. Бомба заметно уменьшилась — ну конечно, ей не нужно тормозить, чем быстрее она разгонится, тем сильнее будет ущерб, а вот им вскоре придётся отворачивать.
…Слой облаков был тонок, притом самых верхних — перистых, едва заметных. Что пилот думал делать — было пока непонятно, лучше было не гадать, а довериться его опыту. Но вот, бомба впереди раскрылась, словно цветок, усыпав всё небо маленькими зарядами, которые смертоносным дождём посыпались на землю, а сама бывшая оболочка резко затормозив, отстала на высоте кучевых облаков. Этого и ждал пилот — всё произошло в секунду, он моментально расстрелял деталь из пушки, а потом с силой включил реверс, тормозя и зависая:
— Вот так и пройдём. Они на корректировщики не обращают внимания — знают ведь, что уже поздно. Повисим, покуда не рванёт внизу, а потом над тем лесом свалимся ниже радара и закосим под своих.
Принцессу передёрнуло: Надо же, выучил язык с грехом пополам, а такие слова уже знает: «закосим!»…
— Надеть доспехи и снаряжение!..
Во вражеский тыл
… — «Генерал Цеста» вызывает командование. «Генерал Цеста» вызывает командование… — «генерал Цеста» — «генерал-кулак» было позывным принцессы Явара. Шпионы Хиро постарались, и внесли это имя в список действующих повстанческих офицеров. Так что сейчас можно было с самым наглым видом выходить на связь с мятежниками и получать шифры и сводку последних событий от них же. Что сейчас и делал пилот.