— Верно!
— Революционеры хреновы! Развели жуликов!
— Значит так, братва — берём эту штуку, и несём по дворам показывать!
— Нет, в самом деле — он её МЕЧОМ разрубил! А если бомба?
— А если бомба ядрёная?
— А девка-то девка, видал? Ножкой пнула — и промяла!
— Да ножки у неё загляденье, ножки не трожь!
Мацуко зарделась, и чтобы скрыть смущение, повернулась к своим хатамото:
— Господин Сакакибара, приступайте к своим обязанностям. Господин Сакагучи, принимайте под своё командование господина Сакакибару и его отряд. Разместите и введите в курс дела.Необходимо как можно более срочно разведать город и перекрыть все каналы сообщения местной администрации с командованием повстанцев. Более конкретные указания поступят по мере поступления разведданных…
…Минут пять спустя, прибежали запыхавшиеся Хасан с Маваши. Они сказали, что всполошенные «барабанами Ковая», военные в лагере подняли тревогу и выслали отряд на разведку города. Правда, именно благодаря тревоге, их группе «отравителей» и удалось уйти незамечено, но патруль они опередили на считанные минуты. Всех подозрительных на вид быстро загнали в новый летучий корабль и на высоте переждали опасное время. Правда Хасан, увидев, что в мимикрию ракшасов может целый корабль, так и простоял на площади с раскрытым ртом. Про что он подумал, зная суеверия ракшасов насчёт того, каким способом обретается невидимость — можно долго и забавно гадать…
Демоны-ниндзя
…Пустую водовозку здорово бросало от неправильной загрузки. Тут уж, как ни крути — в обрат такую машину всё равно порожняком везти, но сейчас, когда на дорогах творится что-то жуткое, водитель попросил в качестве «груза» лишней охраны. Солдаты тоже могли сойти за груз, если бы поняли, что в такой длинной машине лучше сидеть на своих местах ради собственного же блага — а они все собрались в кабине стрелка, анекдоты травить, и всё удивляются — «чего это зад так мотает?». Балласт и то умней. Но с просто балластом, ещё неизвестно — доехали бы…
…Всё началось неделю назад — когда лагерь разбудили эти странные звуки из города. Отряд, посланный на разведку, ничего не нашел, но гражданские явно что-то скрывали — да и оборвалось в ту ночь что-то между солдатами и горожанами. Если раньше легионер (не любили в Революционной Армии это прозвище, данное карателями — никакие они не «полулегионеры», не вигилы, не «пожарники» — настоящие легионеры, и не уступят в бою республиканским! Но попробуй, повоюй, когда с тобой не дерутся честно, а спускают на одного — сотни наймитов Метрополии!), так вот, раньше легионера городские встречали с распростёртыми объятьями, он был для них и друг и брат и будущий зять, а теперь — разве что в спину не плевались. Да и такая прибыльная вещь (а Революция поощряет прибыль), как торговля местами на кораблях вдруг пошла на спад, (ну конечно никаких настоящих мест на корабли никто не мог продать — туда шли по пофамильным спискам, но ведь обидно, что халяву отобрали!). А потом пришла эпидемия…
Главврач — санитарный эдил, сразу заподозрил воду. Но понадобилось, чтобы свалилось две трети личного состава, чтобы пришло разрешение проверить водопровод — и сразу обнаружили дыру в крыше водонапорной башни и зловонное болото в ней, вместо запаса воды. Делать что-то уже было поздно — этой гадостью пропитались все трубы, промывали речной водой, метаном, спиртом — безрезультатно. С трудом удалось реквизировать одну водовозку — остальные ослушались приказов и перестали подпускать к себе солдат на выстрел. Комиссар приказал не ухудшать отношений с гражданскими, стали обходиться, чем было. Даже за одну-единственную пришлось воевать — они подчинялись не Штабу, а Комиссариату Гражданских Дел и он был очень щепетилен в подобных вопросах. Собственные машины, посланные за водой, топливом и запчастями — не возвращались, то ли попадая в засады, то ли реквизируемые фронтом. Только эта водовозка их и спасала. Комиссар был склонен верить в чертовщину, стратиг — в необычайно хитрую диверсионную группу. Зачистили лес, прочесав его до самых секретных объектов № 12 и № 15 — и на следующих день эти объекты взорвались! На самого стратига пало обвинение в шпионаже и халатности. А он — что ему делать, не мог же он, имея два легиона и третий на подходе, объявлять что тут, наверное, весь город перекинулся к противнику!
А попытки добыть воду своим путём ни к чему не привели. Единственная доступная скважина была запечатана до ремонта водопровода. И юмор был ещё в том, что в распоряжении дивизии была исправнейшая городская насосная станция. Но по жесткому требованию штаба они сейчас промораживали систему, гнали переохлаждённый метан по только что заменённым трубам, и к городским скважинам доступа не имели. Весь водный рацион в основном уходил на больных и раненых… остальным приходилось терпеть жажду и не мыться. У города не было даже плёвенькой речушки, чтобы набрать воды, дожди чуть спасали, но не встанешь же с раскрытым ртом под небом? А рейсы в соседние города становились всё опаснее…