— Многовато… Ну, действуйте по ситуации, в случае чего — отступайте, выманивайте на нас.
— Есть.
Принцесса вернулась в зал и обошла по кругу, внимательно вглядываясь в непонятные экраны и циферблаты. Её в основном интересовало, с какими приборами работает инженер, и с какими они соединяются.
— Ваше Высочество? — спросил Сакагучи.
— Ничего-ничего. Я просто осматриваюсь. Инженер, индикация работы лифтов тоже подключена к системам безопасности?
— Даже на одной шине сидят. Отключить?
— Пока — не надо. К нам должны быть гости. А вот когда начнётся стрельба — отключайте…
— Ваше Высочество⁈ — снова влез Сакагучи.
— Отстань. Проверьте оружие и доспехи. Азер, глянь, что там у меня со спиной…
…Пять минут — как это много! Инженер уже раза три давал отдых своим рукам, но, получая недовольные взгляды зеленоглазой принцессы, спешил вернуться за работу. Даже, казалось, успеет…
Но вдруг:
— Поднимается. Всем приготовиться!
Тихо.
Снова приказ:
— Девочки, на потолок и в коридор. Прикройтесь потолочной балкой.
А потом началась стрельба…
…Центурион расставил своих по углам и между дверей лифтов — к сожалению, лифты здесь имели не нормальные решетки, а новомодные расходящиеся в стороны двери — иначе пара автоматчиков с лёгкостью решила бы все проблемы. Ну а так… придётся быстро стрелять.
Принцесса верно говорила — одиннадцать против четырёх — это много. И ещё, скверно то, что если они упустят хоть одного — все усилия зря.
Ребята, заняв точки, расслабились, ещё раз проверив оружие — негоже так стоять в напряжении, когда можно весь устав перечитать к подходу противника. Так ведь все нервы себе испортишь…
…Вибрацию от подходящего лифта центурион ощутил спиной. Он сделал знак: «Подготовиться к бою», и сам на один счёт с ребятами начал прочищать лёгкие. Вот сейчас придётся задерживать дыхание надолго — это не ловля того дурака-центуриона, разводящий — в ранге не ниже трибуна, и повезёт, если без личной охраны.
Двери открылись. С задержки дыхания мир виделся немного странным, но — пока плюсом то, что среди смены не оказалось своего невидимки. Но это ненадолго — один должен будет уйти на задержку просто потому, что этого требовал Устав.
Разводящий заподозрил что-то неладное — оставил двоих у лифта, а сам приказал в боевом порядке выходить в коридор. Больше ждать было нельзя — и центурион появился.
…Двое его ребят разом положили тех двоих у лифта, другой — ещё двоих, он сам — три выстрела, одно попадание, в разводящего и центуриона смены не попал. Учитывая, что их сначала было тринадцать (у трибуна-разводящего были-таки телохранители!), уравнивание счёта до 2:1 было большим достижением.
Патрульные открыли шквальный огонь. Ну, теперь глупо было выполнять приказ «соблюдать тишину», можно браться за автоматы. Пока они на задержке, им ничего не повредит, но вечно-то задерживать дыхание не получится! Ещё сквернее — если кто-то из них на задержке проскочит к лифту.
Внезапно весь свет в этой комнате и индикация лифтов отключилась. «Они на пульте! Двое здесь, остальные за мной!» — прозвучала команда. Центурион со своими появился на миг и залил коридор автоматными очередями. Вроде не убили, но многих ранили — прочищая лёгкие, хорошенько не прицелиться, зато патруль залёг и вынужден был отстреливаться. А тут сзади, в освещённой зале, в наглую появилась ухмыляющаяся бандитская рожа ракшаса с автоматом — неумелая, но ХОРОШАЯ очередь в спину — он сразу завалил центуриона смены! Ну и сам центурион скомандовал: «На прорыв!».
Ракшас отбросил автомат, становясь невидимым. Юркнул в коридор, к аппаратной, уходя от открытого огня, и с прямого света. Легионеры достали штыки и на бегу, появляясь с задержки, резали и кололи, кто мог — стрелял с одной руки. Центурион с разбегу нацелился на трибуна, или комиссара по-ихнему, аж прыгнул — тот перехватил руку, они за малым не упали, центурион угодил ногой в чью-то голову, его за эту ногу схватили, пришлось уходить на задержку дыхания. Он упал, (штык так и остался в реальном мире), с трудом поднялся («не дышать, не дышать!»), и доковылял до угла, где спрятались остальные.
Ну что ж — двоих насмерть, плюс убитый ракшасом центурион, почти все остальные ранены, и может быть — даже смертельно. Неплохо. Если считать и ракшаса — то счёт 1:1. Правда, тот без автомата.
— Отходите, — послышался голос принцессы: — спасибо, центурион. Вы своё дело сделали.