После получения этих сведений, Азиз-паша одобрил план атаки, на котором настаивала эмир Явара. Она была назначена командовать правым, ударным крылом, а Азиз-паша возглавил левое, отвлекающее. Наступление проводилось волнами, с использованием отвлекающих атак и естественных укрытий. С помощью телепатических возможностей госпожи старшей колдуньи были обнаружены союзные войска — центурия господина Милеша и конвоируемые ими арестованные. Решив использовать их в сражении, полк эмира Явары дополнительно взял с собой снаряжение для двух центурий автоматчиков, и с фланговой атаки справа прорвался на ближайшую, правую, из захваченных батарей. В дальнейшем командование перешло к эмиру Яваре, и она действовала самостоятельно.
Что удивляет в данной ситуации — так крайний непрофессионализм повстанческих войск. Сочетая авиацию, силы десанта и даже захваченную легкую артиллерию с такой мощной магической поддержкой они могли нанести сокрушительное поражение нашим силам, однако, действовали разобщено, и зачастую мешали друг другу, особенно в части магической поддержки. Атака на первую батарею была визуально наблюдаема, в любой оптический прибор, однако верхняя даже не поддержала их огнём. Мало того, даже во время штурма самой батареи, не была предпринята попытка подавить контрбатарейно работающие миномёты штурмующих, или поддержать защитников.
Председатель: Мда, что-то не очень похоже на нашего друга Тыгрынкээва. Однако вы отвлеклись от темы.
Субстратиг Кверкеш: Раздолбаи, мятежники.
Председатель: Тыгрынкээв — выпускник Академии, и по сведениям, у него к подобной безалаберности относятся не менее строго, чем у нас. Но продолжим, маршал?
Маршал Явара: Первая батарея была взята методом тактического десанта и одновременного удара с трёх сторон. Эмир Явара вместе со своими телохранителями воспользовалась специальной способностью Небесных Коней и атаковала центр лично, уничтожив офицеров и деморализовав противника. Это позволило легионерам господина Милеша преодолеть, наконец, оборону противника, и вместе с ракшас-ашигари захватить батарею. Была ещё и четвёртая ударная сила — отборная сотня ашигари, овладевшая навыками мимикрии, которую эмир Явара послала в обход, но из-за неверного расчета времени, они опоздали к сражению.
После захвата батареи командование операцией окончательно перешло к эмиру Явара, так как в ракшасских частях на уровне полка дальнеговорники не полагаются, и не было времени и возможности скоординировать дальнейшие действия с Азиз-пашой.
Были мобилизованы и вооружены арестанты из центурии господина Билинквеша, таким образом, огневая мощь сил эмира Явары возросла вдвое. Захваченные миномёты развернули для беспокоящего огня по второй захваченной батареи — точный огонь вести не позволяло незнание местности. Однако этот беспокоящий огонь случайно попал в боеприпасы к зенитному орудию, и взрывом уничтожил до половины личного состава. К моменту выхода сил эмира на рубеж атаки вражеский десант был вынужден чинить повреждённые укрепления и бороться с пожаром. В момент штурма организованный залп миномётов создал цепь воронок, в которых атакующие укрылись от встречного автоматического огня и магии. Взятие батареи заняло около пяти минут, причём большая часть времени была потеряна при кратковременном замешательстве после залпа картечницы в лоб атакующим. В остальном, решило численное преимущество.
Субстратиг Кверкеш: Залп картечницы в лоб? Нельзя было никак избежать?
Билинквеш: С нашей позиции и позиции старшего центуриона она была видна отлично. Товарищ Милеш даже пытался уничтожить расчёт. Но старшим командиром была прин… товарищ эмир, а она не отдала приказа перегруппироваться.
Милеш: Принцесса находилась в воронке — её доспехи хорошо защищали от автоматного огня, она спорила с одним из офицеров, который не хотел, чтобы она рисковала. Она могла и не видеть угрозы.
Билинквеш: А мне показалось, что она сознательно решилась пожертвовать своими войсками.
Председатель: Почему?