— Не доверяешь ты тем, кто с тобой сражался, — заметила Злата в ответ на его мысли.
— Чего⁈
— Сменщик Боатенга, хоть и порядочная курва, в грязь лицом без нужды не ударит. Да и Юйвей на твоей стороне. Разведка здесь не только каждый болтик вылизала — они ещё и разведке мятежников, на той стороне, головную боль устроили.
— Не скажу, чтоб это точно меня беспокоило.
— А что тогда?
— Не знаю… настроение, что ли… Как-то нехорошо…
— А тогда зачем ты идёшь? — стрельнув глазами, бросила Злата.
Призрак пожал плечами. Велит возле моста предупредил их, чтобы они остановились у края — дальше гарантий безопасности нет. Тардеш устало кивнул — он и сам дальше не собирался. Как впрочем, и со стороны мятежников пока было темно и тихо.
Злата лучше всех видела в темноте, и поэтому первая удивилась:
— Ты смотри-ка, кто к нам идёт!
— Где⁈ — для глаз призраков расстояние всё ещё было велико.
— Это же Кахкхаса!
— Кахкхаса⁈ Гм… Удивляюсь, что не Шульген.
Нага грациозно обернулась:
— Ты начал шутить, друг-драгонарий⁈
Он не ответил.
А тем временем и другая делегация подошла к своей стороне моста. Точно — Кахкхаса, другой такой рожи во всей вселенной не сыщешь.
…Начали обмен…
…Сухо щелкнула лампа, освещая конторский стол — хоть в комнате уже было достаточно светло от скопившихся демонов:
— Имя? Звание?
— Старший знаменосец Её Третьего Высочества Явары Кадоману-но-мия, Сакагучи, из Дыры-на-Склоне.
— Чем можете доказать свою личность⁈..
…Драгонарию жалко было телохранителей принцессы — хоть, в случае с союзниками, у партийных были связаны руки, но помучить они его успеют знатно. Опять боятся, что перевербовали. Да не таков тип этот Сакагучи, чтобы его куда-то перетянуть. Это вот тех, на кого их обменяли, эти да, могут — может, Кахкхаса и взял их только для того, чтобы показательно расстрелять. А вот с этим самураем так вести себя не следовало.
— Чем вы занимались во время плена?
…Драгонарий его предупреждал, когда они шли вместе после обмена: «Не верьте вы нашим. Идите, сразу винитесь перед своими». Этот гордец только покачал головой. Проклятье, как же нехорошо всё выходит!
…- Сообщали ли вам контакты, явки, места хранения оборудования, нужного для вашей шпионской деятельности⁈
Одно хорошо — они вытащили не одного, а сразу троих — Сакагучи, Маваши и этого монаха. И самое главное — все вещи и снаряжение группы. Теперь надежда на Злату.
…Хозяина и его гостей они пощадили — после того, как их обработали суккубы, они не могли и пальцем пошевелить, и с гарантией должны были спать не менее суток. Им только оставалось убрать все следы своего пребывания, и как можно незаметнее покинуть дом.
Теперь их целью были склады городского Рынка, где, как они узнали, можно было раздобыть одежду, и, самое главное — еду для Железных Демонов. Вот за это все и ухватились.Дальше по планам, они имели два варианта действий — Азер хотела разведать местные бордели, и выяснить, на чьей стороне общины суккуб, принцесса собиралась найти тюрьму, где держали Сакагучи. Впрочем, эти планы друг другу не мешали, и их можно было провести одновременно. Тем более — время поджимало.
Кадомацу голода не чувствовала. Ну, это смешно — считать, что она, голодавшая по месяцу просто ради красоты, не потерпит пару дней! А вот пить хотелось. Это была не жажда в прямом смысле этого слова, но уже неудобство. К тому же от голода и жажды могла возникнуть проблема с изоляцией — она не рисковала с магией, для начала бы хоть одежду найти.
Девчонки предложили идею — расправить серебро и золото из украшений — но, во-первых, неизвестно с чем мешали там это золото, вдруг вредное — да и с золота-то она опьянеет, что они будут делать с пьяным огнеопасным демоном?
…Хотя, ходя по улицам, высматривала — нет ли кой-чего годного для неё во фляжку… Э-эх, где колдовство Сэнсея, что позволило ей есть еду ракшасов⁈
По улицам было не пройти. Большинство из них было перегорожено баррикадами, а по другим прогуливались стражники с оружием и цепкими и внимательными глазами. Под улицами — в канализации, войск было ещё больше — под каждым люком сидело по кружку повстанцев в униформе, и играли в карты или обедали или просто болтали так, что прохожие обходили люки как одержимых «живым духом», Ну, короче — обложили. Так и сказал Хасан.
…Главное было — не купиться на казалось бы, пустые задние дворы и проходы между домами. Опыт говорил принцессе, что они-то как раз лучше всех и просматриваются и контролируются. Метеа первым делом послала невидимого Хасана на крышу — искать и обезвреживать наблюдателей. Конечно, дорогу это не освободит, патрули останутся, и наблюдателей спохватятся, но появятся хоть какие-то лазейки. А дальше — надеяться на опыт и удачу.
Суккубы вообще не выделялись в толпе, прекрасно сходя за местных женщин. Кадомацу, на две головы возвышавшейся над толпой, было хлопотно — её лицо было известно, да и она просто так привлекала внимание — не вырезать же весь город? Слишком любопытных глаз и вопросов она избегала, прикрывшись с головой, и уменьшаясь магией при появлении патрулей — но сколько раз душа уходила в пятки! Магия иллюзии вызывала только усиление голода и жажды, да и наги и сиддхи, природно чувствительные к магии, начинали нервничать рядом.
Они сделали привал на одном из парков Центра — Рынок находился на 8-м ярусе, а тюрьма — вообще на 5-м. С текущего, 9-го, им надо было как-то подниматься — а повстанцы перекрыли все переходы и подъёмники.