…Хасан осторожно прокрался по третьему ярусу тюремного блока мимо неожиданно пустых клеток, выбирая себе удобную позицию. Вот, хорошо. И как раз внизу нож воткнулся.
— Надо бы ему помочь, — сомневающимся голосом заметила Азер.
— Тихо-тихо! Ты что! Такая драка — а ты хочешь весь кайф сломать? Не мешай — влезем, когда надо будет.
— Смотри, чтоб не убили в «этом кайфе»…
…Враг янычара стукнулся ещё и об столб под ярусом, не отключился, а как в дыму пьяный упал на колени и заползал на карачках, ловя воздух ртом. Ильхану под ноги сунулся тот «шестёрка» что подал нож — с каким наслаждением он выдернул его с пола за шею, подбросил в воздух, перехватил за ноги, и разбил к шайтану череп об опорный столб. Ошмётки черепа и мозгов брызнули на толпу «белых» и мгновенно стало тихо.
— Мочи его! Все! — заорал «чёрный». И кто-то послушался…
Сбоку мелькнула рука — он отбил её жестко так, что сломалась кость — зажатая в кулаке свинчатка попала кому-то в толпе, и с матерной руганью кто-то кинулся на помощь Ильхану — запинывать лежащих.
Его толкнули в спину — перед глазами сверкнула заточенная монета, Ильхан, не глядя, пнул гада в грудь и прыгнул. «Черный» заметил, и тоже прыгнул навстречу, но янычар оказался выше и сбил его, пролетая до второго яруса — не допрыгнув до перил, повис, уцепившись за край площадки.
Кто-то попытался наступить ему на пальцы — не разбираясь, Ильхан скинул того головой вниз. Потом подтянулся, огляделся, и, увидев, что поединщик ещё жив, сиганул ему на голову…
…Хасан свесился с краю, зацепившись босой ногой за стойку перил, вытянул пальцы, и ухватил нож. Вот как надо. Не только суккубы умеют вверх тормашками ползать.
— На! — кинул он заточку Афсане: — Тебе с таким удобнее будет. Дай мне свой, большой…
…Ильхан хорошо попал по тому с прыжка — не будь овцелюб такой здоровенный, он бы уже концы отдал. А так — ничего, устоял, только раскрылся, и уж янычар-то не пожалел — со всей силы вломил везде, куда смог.
Добить не дали — отвлекли. Навалились с боков и спереди. Он их отбрасывал, простыми захватами, не тратя даже ударов, но их было просто много, так что противник успел оклематься.
Ильхан удивился — как это у него ещё хватило сил на прыжок? И, тем не менее, тот прыгнул. Янычар без разбега прыгнул выше, перепрыгнул, и приземлился за его спиной.
Вокруг них снова начало образовываться кольцо не врагов, а зрителей. Не так быстро, как хотелось бы.
…Ильхан успел заметить знак, поданный «чёрным» — его тут же схватили, заломив руки за спину. На этот раз держал один — но здоровый. Как жаль, что он не запоминал имена этих мразей! Янычар рванулся из захвата — не помогло. С силой пнул по колену — эта туша вряд ли поморщилась. Упором в него ногами и лопатками изогнулся дугой, чтобы хоть захват ослабить — а тот вдруг крикнул от боли и уронил его.
Ильхан грохнулся об пол, и пока оклевывался, рядом с ним упал тот бугай, с перерезанной глоткой. «У него нож!» — кто-то закричал в толпе (ага, а когда сыны собаки и осла вытаскивали свои, никто не орал), и пока он поднимался, ещё двое или трое смельчаков свалились, порезанные точно так же.
Янычар проморгался не спеша, ударом головы встретил какого-то ретивого, потом — подсечкой сбил наземь своего «чёрного», и только тогда полюбопытствовал, кто его новый союзник…
— Почему ты не стреляешь? — спросила Азер Афсане.
— Выстрелы отвлекут и их. А вокруг толпа идиотов. Я не хочу, чтобы это вышло боком и нашим мужчинам.
…Невидимость на нём сидела неплохо — он даже успевал, когда стоял, передать движущиеся предметы, а вот техника немножко хромала. Его усилиями и друзей-офицеров толпа отхлынула — ладно, когда драка, просто носы расквасят, а тут убивают, на самом деле! И вот тогда незнакомец остановился и вышел из невидимости.
— Хасан!
— Вовремя я, да? На, давай, держи, мы с ханум тебя вызволять пришли! — и сунул ему в руки нож.
Ильхан взвесил на руке оружие, и, недолго думая, зарезал валявшегося на полу «чёрного», потом выпрямился, огляделся, нашел рожи знакомых гадин, и с холодной решимостью, подойдя быстрым шагом, стал выпускать кишки их ненавистных животов. Ещё одного! И ещё! Увидел у кого-то эрегированный член — не раздумывая, рубанул по нему и всадил нож в задний проход следующему. «Белые» завизжали по-бабски, одному он маханул в лицо кровавой пятернёй — чтоб не мешался. И ещё раз, и ещё… от янычара не убежишь! Хасан схватил его за плечо: