В ответ молчали.
— Хотя бы плюнули в ответ, — выругался Кахкхаса, опуская рупор.
— Что вы ждёте от этих мразей, — усмехнулся стоявший рядом комиссар.
— Поставьте здесь два пулемёта напротив входа, организуйте перекрёстный огонь. Что на крыше⁈
— Велиты заняли свои места, подрывники готовы.
— Отставить велитов. Обрушивайте на них крышу.
— Крышу⁈
— Да, большинство из той компашки давно заключили сделку с дьяволом — нечего их жалеть. А дьяволицу откопаем из-под обломков. С парой переломанных ног эта козочка станет посговорчивее.
— Понял.
— Сколько у нас летунов в воздухе⁈
— Четверо. Ещё два на подходе.
— Не забывайте давать им отдыхать. Нужны свежие крылья. Пусть смотрят в оба — принцесса это не только сиськи и красивая задница, но и хороший пилот. Если зевнут — им её не поймать.
— Да куда она денется! Муха в банке!
— Она три дня умудрялась от нас прятаться в нашем же городе! Так что не беспокойся — найдёт, куда… Её — брать живьём!
…Гюльдан шепотом сказала девочкам:
— Слушайте, сестрёнки, ну заставьте её поесть! Она ведь уже на ногах не держится! А ведь она ещё и колдовала…
Азер кивнула, и, по-мужски хлопнув сестру по плечу, поднялась, вытащила из сумки принцессы банку с готовым рисом и пошагала к хозяйке:
— А, Азер… ты помнишь точно план города? Эти летающие мне что-то не нравятся… Придётся их валить над тюрьмой, а то… Ты что⁈ — Азер взяла её за руку и решительно поволокла в сторону.
— Постой, постой! Ты куда⁈
Они остановились за большим компрессором, скрывающим их от взглядов ракшасов:
— Садись и ешь!
— Азер… — тронутая заботой, Мацуко не знала, смущаться ей, или улыбаться.
— Ешь! Если ты свалишься, мы все погибнем! Ты что о себе не думаешь⁈ Ты ведь три дня голодом сидишь!
— Да времени просто нет, что ты…
— Ты ести будешь, или нет⁈
— Немного, — сдалась демонесса, и щепотью отправила в рот первую горсть риса: — Во-первых, я голодала столько, нельзя же сразу так начинать, а во-вторых — вдруг ранят в живот⁈
— Да не ранят тебя в живот, перестань! От тебя пули отскакивают, чего ты боишься⁈
Мацуко улыбнулась и отправила в рот ещё одну горсть.
…Хасан слез с компрессора и спросил:
— Вы чо тут делаете?
— Меня здесь кормят, — пояснила принцесса.
— А… давно пора!.. Это… (девушка вопросительно посмотрела на него)… Там ребята нашли одно… у входа…
— Сейчас, иду! — вскочила девушка.
— Стоять! — грозно прикрикнула Азер: — Вот полбанки съест, тогда пойдёт. А пока — никуда её не трогай!
Принцесса послала Хасану извиняющийся взгляд и пожала плечом.
— Ешь, ешь, давай.
— Ты на словах скажи, что произошло.
— Ах, да, — ракшас уселся на корточки, и, положив локти на колени, вальяжно вытянул руки: — Мы с Ильханом и ещё одним, проверяли, как по лифту прачечной спускаться. Потомпозвали к выходу. Я смотрю — они заграждение убрали — и тихо.
— Ну, и?
— Ну, я придумал — взял, простыню, сделал из неё белый флаг, открыл люк, помахал им в нём, (он покрутил рукой, будто что-то размешивал мешалкой в котле), потом сам выглянул — они притихли, короче… — он спрыгнул и принялся рисовать на полу: — Они установили три тяжелых пулемёта, здесь, здесь и здесь, полный расчёт, штабеля ящиков с патронами и все дела… Так они всех покосят, кто ни выйдет — и даже трупы не помогут.
— Ясно, — сказала принцесса, поднимаясь:
— Я позже доем — она передала Азер и на четверть, не опустевшую банку: — Значит, вместо стражников и ополчения, же подвели армейские части… Извини, — бросила она Азер через крыло: — Сама понимаешь, дело серьезное. Давай, пошли.
У выхода — здоровенного люка в полу, сидела Гюльдан, и мило подперев рукой щечку, что-то в уме вычисляла.
— Ну что? — подойдя, спросила у неё принцесса.
— Никак не получается. Даже если я прыгну на потолок или на стену, всё равно всего двух успеваю. Третий меня снимет.
— Уверена?
— Был бы у меня лук нормальным…
Кадомацу нагнулась, пытаясь заглянуть сквозь щели за люк.
— Хасан, — позвала она.
— А⁈
— Ты сумеешь показать на полу, где стоят эти пулемёты⁈
— Да запросто!
Глазомеру ракшаса она вполне доверяла. Когда он закончил, демонесса пошла вдоль рядов компрессоров, что-то выискивая. Потом вернулась с длинной и тонкой трубой, и скомандовала:
— Разбирайте пол.
Гюльдан аж обрадовалась:
— Ты хочешь сделать лук?