— Ну и кто я теперь? — спросила принцесса у Афсане, которой доверила своё одевание.
Пока та собиралась, другая суккуба — кудрявая голубоглазая блондинка, с каким-то злым выражением красивого лица, ответила ей:
— Вельзевульский голем. Один-в-один. Только… — она прищурилась, и склонила голову набок, что вмиг сделало её тонкое лицо добрее: — У нормального голема все лампочки зелёным светятся. Если они красные или желтые — значит, взорвётся.
— Ну… значит — взорвусь… — попыталась пошутить беглянка…
Так как стали арестовывать всех ракшасов, парней и трёх прибившихся к ним во время прорыва оцепления янычар, переодели в людей, и дали им по «подружке» в прикрытие. Девчонки сразу запротестовали, и, дав на откуп прибившихся, «своих» — Хасана и Ильхана, провели сами. Азер постаралась держаться поближе к госпоже — поэтому изображала из себя охранницу борделя, вышагивая чуть позади, с боевым ножом, спрятанным в букете цветов. Ну, старовата она была для «подружки»!
— Не переигрывай, — усмехнулась Метеа.
— Да нет, всё нормально. Ты с виду — имущество богатого клиента, я вот и слежу, чтобы не пострадало. Каждый день так ходят.
— Големы по борделям? Интересно.
'Объявление: всем гражданам вольного революционного города Шульген, а особо — главам комиссариатов. Ввиду бунта и побега заключенных из 6-й военной тюрьмы, специального режима, на ярусах с 4-го по 11-й объявляется режим чрезвычайного положения, а по всей столице — комендантский час. Ввиду особого режима, все граждане ракшасского происхождения будут задерживаться без объяснений, а в случае неповиновения, как то: попытки бегства, сопротивления или оспаривания задержания — расстреливаться на месте. Просьба ко всем жителям: будьте бдительны! Помните, за личиной ракшаса может скрываться пособник угнетающего режима Амаля и враг Революции, заклятый мародёр и убийца! Не поддавайтесь на провокации!
Главный комиссариат внутренних дел.
Сообщение зачитывал диктор Юлай Азналы'
Объявление прозвучало, когда беглецов общей толпой втащило внутрь борделя. Девочки специально создали давку, чтобы стража не смогла проверить входящих. Облепившие стены, колонны и потолки суккубы раздвинулись, когда они подошли, и быстро сдвинулись за спиной, закрыв своими телами двери и окна.
— Уфф! — смахнула со лба несуществующую капельку пота белокурая голубоглазка, оказавшаяся Старшиной Охраны: — Вовремя успели. Теперь такое на улице начнётся!.. — она всплеснула руками и глянула на ракшасов: — Затрахают вашего брата почище наших девочек.
— Вас проверять не будут? — забеспокоилась принцесса.
— Будут, конечно, — нагловато осклабилась суккуба (на её тонком, красивом лице, ухмылка выглядела страшновато-безумно): — Зия меня зовут.
И ухватившись за один из тонких металлических столбов, назначение которых ещё не поняла принцесса, пару раз очень сексуально и чувственно обернулась вокруг него, сделав чуть ли не акробатический эротический этюд: — Только все сыщики в первую очередь — мужчины. Своих любовниц Шульген к нам не пошлёт. Боится, что плохому научим!
— Хорошо, — кивнула Кадомацу: — Нам нужен ночлег на одну ночь, а завтра прикрытие для отхода.
— Для отхода?
— Да, мы не хотим подводить вас. Если увидят, что мы выходим из вашего здания, у вас могут быть неприятности. Надо будет как-нибудь занять их внимание.
Зия почесала затылок под кудрями:
— Не знаю, как-нибудь придумаем.
Вмешалась другая суккуба — смуглая и темноволосая, широкая в кости:
— У нас тут нет Мастеров. Решения принимают Старшины, а они властвуют только над своими отделениями. Зие может не хватить охранниц.
— Ладно, я сказала — придумаем! — заспорила Зия.
— А ваша Мама?
— Она сейчас в Комиссариате. Оформляет документы. А так как сейчас комендантский, то до утра её не будет — заночует где-то у друзей.
— Понятно… вы покажите нам, как вы нас разместите⁈
Разместили их в парадных покоях. Стены вместо пластика были сделаны из камня и обиты шелком, чьи чередующиеся драпировки создавали гипнотизирующее и возбуждающее действие. Мацуко знала об этом эффекте и старалась не смотреть на стены, а вот неопытных ракшасов — развезло.